«Мы не хотим ходить со штампом на лбу «угроза нацбезопасности Латвии»

Накануне переезда телекомпании «Дождь» из Риги в Амстердам смарт-клуб журнала «Открытый город» пригласил к себе ее руководителей – главного редактора Тихона Дзядко и главу информационной службы Катерину Котрикадзе -- подвести итоги их непростой жизни в Латвии и поговорить о будущем.

Поговорили. И «об угрозе национальной безопасности», из-за которой у «Дождя» отобрали лицензию, и об «ужасах» Амстердама, и о взаимоотношениях с владелицей «Дождя» Натальей Синдеевой, и о том, можно ли склеить разбитую чашу российской оппозиции…
  Гости клуба отнеслись к судьбе «Дождя» очень заинтересованно, многие не только задавали вопросы, а высказывали собственное мнение. Как например, посол Великобритании в Латвии Пол Браммелл.

«Как гражданин Великобритании, я не могу оценивать судебные процессы в Латвии, -- сказал господин Браммелл. -- Но считаю, что телеканал «Дождь» дает независимую информацию, и это очень важно. Все, что происходит в Украине, казалось бы, невозможно в XXI веке. Но, к сожалению, не все в России это понимают. В том числе потому, что не имеют независимой информации. Именно поэтому работа «Дождя» так нужна. Надеюсь, что в Нидерландах у них все будет хорошо, и телеканал продолжит свою работу. Все, что они делают, очень важно и для России, и для нас, и для Украины».

Предприниматель Марк Кац сказал, что ему стыдно за Латвию, которая попыталась заткнуть рот «Дождю». Руководитель еврейской общины Дмитрий Крупников поддержал журналистов в их праве критиковать любую власть. А кинорежиссер Виталий Манский заявил, что угрозой национальной безопасности в Латвии является не «Дождь», а националистические партии.
Разговор в клубе мы разбили на две части. Сегодня публикуем ту, которую можно было бы назвать «Уроки Латвии».

Благодарность превышает негатив

В самом начале встречи Тихон Дзядко сказал, что «хотел бы снять флер некой драмы», который присутствует на прощальных вечерах. «Слава Богу, все живы, самолеты из Амстердама в Ригу и обратно летают регулярно, поэтому мы как приезжали в Латвию до того, как «Дождь» здесь обосновался, так и будем приезжать».

По словам Дзядко, сотрудники «Дождя» уже начали уезжать в Амстердам, а к середине августа в Риге останется лишь несколько человек из группы постпродакшена. Сохранять здесь дополнительную студию экономически невыгодно. Все это время «Дождь» продолжит работать без перерыва.

На вопрос, что редакция увозит с собой из Латвии – обиду, новые дружбы, а может быть, сырки «Карумс», главный редактор «Дождя» ответил:

«Прежде всего, мы увозим благодарность Латвии и нашим латвийским зрителям. В тот момент, когда очень остро стоял вопрос, куда нам переезжать из России, мы получили приглашение от руководства Латвии. Мы не ломились ни в какие двери, нас сюда пригласили, и мы были очень благодарны за это приглашение.

За год мы познакомились в Риге с огромным количеством прекрасных людей. Мы чрезвычайно благодарны сообществу двух маленьких, но мощных по своей силе организаций, это Media Hub и это Baltic Media Excellence Center, лично Гунте Слоге, которые на всем пути до сегодняшнего дня нам очень сильно помогали, впрочем, как и другим российским журналистам в изгнании.

Однажды после зимнего скандала один латвийский чиновник сказал Кате: нужно признать, что латвийское общество вас не приняло. На самом деле все наши многочисленные встречи со зрителями на улице, в магазине, в кафе -- это бесконечная теплота и дружелюбие. Один эпизод был у Кати в спортзале, когда подошел какой-то человек и сказал, что он очень рад, что мы отсюда уезжаем. И второй неприятный эпизод был у меня на пляже. Все.

Конечно, есть отдельный багаж, который называется лишение лицензии, обвинение в имперскости, рашизме и еще чем-то подобном, но на самом деле все это пена. Наша благодарность Латвии перевешивает все эти недоразумения».

Угроза ликвидирована -- наказание осталось

По просьбе членов клуба руководители «Дождя» прокомментировали решение Рижского окружного административного суда, который поддержал NEPLP в лишении телекомпании латвийской лицензии.

«Честно? Я ожидал другого решения, -- признался Тихон. – Наша позиция мне казалась очень сильной. Решение NEPLP мы считаем непропорциональным и немотивированным. Это заявили и наши юристы в суде».

И пояснил подробнее:

«Телеканал «Дождь» был назван угрозой национальной безопасности. Но угроза национальной безопасности – это то, что имеет какую-то продолжительность. Например, есть угроза безопасности Украины под названием Россия. Она ее осуществляет каждый день, потому что каждый день выпускает ракеты.

Решение по «Дождю» господин Аболиньш и трое его коллег принимали на основе, как они объявили, письма из Службы госбезопасности Латвии. А в нем содержится лишь эпизод эфира 1 декабря, где Алексей Коростелев произнес фразу про мобилизованных, после которой на следующий же день он был уволен. Иначе говоря, эпизод завершился. Угроза Латвийской Республике была лично мною, поскольку я его уволил, ликвидирована. Я спас Латвию от угрозы национальной безопасности.

Но по мнению господина Аболиньша и его коллег угроза каким-то образом сохраняется. Служба Госбезопасности так не считает, потому что в их письме нет никаких указаний на сохранение угрозы. Тем не менее решение об аннулировании лицензии было принято. Мы считали, что суд хотя бы в этом пункте встанет на нашу сторону: угрозы нет, она ликвидирована.

Помимо этого, все претензии, которые были нам предъявлены – и в отношении звуковой дорожки, и этой несчастной карты, на которую попал Крым, – не могли ни по какому закону здравого смысла приводить к этому словосочетанию «угроза нацбезопасности». К нашему сожалению, суд решил иначе. Причем в мотивировочном решении мы и наши юристы увидели большое количество противоречий. Поэтому мы решили все это обжаловать, пройдя необходимое количество инстанций, вплоть до Европейского суда по правам человека».

NEPLP хуже Роскомнадзора

В ходе встречи Тихона попросили оценить уровень свободы слова в Латвии. В одном из постов он написал, что действия Национального совета по электронным СМИ несут угрозу свободе слова.

«Моя фраза по поводу свободы слова касалась не столько ситуации с «Дождем», сколько общего контекста, -- пояснил Тихон. – На меня произвело большое впечатление решение NEPLP оштрафовать TVNET, мне кажется, штраф за слова – это нехорошо.

Я, конечно, сторонний наблюдатель в Латвии, погрузившийся в это с 1 декабря 2022 года, но у меня есть личное мнение. Понимая, что NEPLP является независимым от государства институтом, могу сказать, что он очень плохо работает. Я считаю, что этот институт выносит решения, исходя из своих личных мнений. Даже российский Роскомнадзор, когда лишает медиа лицензии, идет с этим в суд. А NEPLP лишил «Дождь» лицензии, даже не пригласив представителей редакции на это совещание. А в суде NEPLP говорит, что это вопрос нацбезопасности, поэтому мы не можем приглашать.

Вообще «нацбезопасность» – это потрясающая и очень опасная штука, нацбезопасностью можно оправдать все, что угодно. У меня сейчас брата не пустили в Грузию, он там прожил полгода. Почему? Вопрос нацбезопасности.

Ситуация с картой, где в составе России был указан Крым, нехорошая, это говорит о некоторой безалаберности в редакции. Но можно проделать нехитрое упражнение: написать в поиске Гугл «Россия, карта, Крым, телеканал» и вводить разные прилагательные, складывающиеся из разных стран. Итальянский – вас выведет на телеканал World Fashion Italia, который по ошибке показал карту России с Крымом. Болгарский – телеканал bTV, который сделал то же самое, украинский – там президентский телеканал «Дом» показал карту России с Крымом. Явно, это ошибка. Но я включаю кабельного оператора TET, и вижу там телеканал «Дом», наверное, смогу найти и World Fashion Italia.

Но почему-то телеканал «Дождь» тем самым стал угрозой нацбезопасности, а эти телеканалы не стали. Из чего я делаю вывод: решение было мотивировано иными причинами. А если оно мотивировано иными причинами, значит, институция под названием NEPLP работает независимо от интереса зрителей, читателей и слушателей. А так не должно быть. Поэтому наше судебное противостояние с NEPLP, я думаю, не только в наших интересах, а в интересах латвийского сообщества.

Мне недавно кто-то прислал твит со словами: «Дзядко пытается когтями зацепиться за все, чтобы остаться в Латвии». Нет, я уже купил билет, и мы улетаем в Амстердам.

По большому счету, переезд в Нидерланды для телеканала «Дождь» мало что меняет. Но есть две важные вещи. Первая – это репутация, мы не хотим ходить со штампом «угроза нацбезопасности» на лбу, а во-вторых, мы знаем, что эта наша частная история намного шире».

Винтики, лобзики и угроза нацбезопасности

По мнению присутствующего на встрече кинорежиссера Виталия Манского, угроза национальной безопасности – это рост влияния националистических партий, и вообще сам факт их существования в любом цивилизованном государстве.

Манский заметил, что «Дождь» очень четко формулирует свое отношение к российской власти, но, когда речь заходит о ситуации в Латвии, журналисты чрезвычайно аккуратны. Неужели Латвия не созрела для честного разговора? -- задался вопросом режиссер.

И попутно попросил «Дождь» прокомментировать еще одну ситуацию: когда отзывали лицензию у «Дождя», помпезно открывался русскоязычный телеканал Current time с присутствием на презентации президента Латвии и министров. В чем отличие этих двух кейсов? – спросил Манский.

«Что касается Латвии, честно могу сказать, – я не в теме, -- ответил Тихон Дзядко. -- Я в теме NEPLP, даже прочитал твиттер Аболиньша, и тут мне есть что сказать. А в целом про латвийскую ситуацию знаю недостаточно, чтобы ее комментировать».

«А с чего все началось? – напомнила Катерина. – С моего громкого интервью с мэром Риги. После этого я стараюсь меньше следить за внутрилатвийской повесткой, потому что для нас это плохо кончается. Но даже интервью у мэра Риги я брала потому, что тема памятников выходила за пределы внутрилатвийской. Она была актуальна в других странах, на ней каждый день оттаптывалась Мария Захарова из российского МИДа.

А потом была история с визовыми ограничениями для граждан РФ. Если б вы знали, сколько человек написали мне о том, что нечего совать свой грязный нос в латвийские дела. Очень много людей, причем не обязательно из Национального объединения, а, например, живущих в Москве, раскритиковали нас за то, что мы посмели вообще задавать вопрос про памятник, про какие-то внутренние латвийские конфликты.

И сейчас, если честно, я не до конца уверена в том, что имею право на какие-то критические высказывания относительно латвийского правительства. Так же, как и Тихон, я обладаю недостаточным количеством информации. Когда я говорю о Путине, то я ею обладаю, у меня есть миллион фактов, деталей, которыми я могу обосновать свою критику в адрес руководителя преступной власти. Когда речь идет об ошибках, возможно, совершаемых латвийскими властями, то я знаю какой-то кусочек, я не вижу всего поля».

«Что касается Current time, -- продолжил отвечать Тихон, -- то когда было открытие их офиса, там возникла какая-то загадочная история с приглашением, которое забыли прислать. Нам сказали: приходите без приглашения. И мы пришли. И вдруг вокруг нас появляется такая зона карантина. Потом потихоньку, бочком кто-то начал подходить. Дотронулись – вроде не кусаемся, можно и рядом постоять. И это было, конечно, занятно.

А разница заключается в том, что Current time – это проект американских властей, намного более предсказуемая структура. Не в укор Current time, это четкая бюрократическая машина, где каждый винтик, а часть этих винтиков – наши друзья и знакомые, знают, как эта машина функционирует: если какой-то винтик начинает немножко шататься, его чуть-чуть лобзиком подрихтуют, и он отлетит. Поэтому мы немножко разные.

Продолжение читайте завтра на портале Freecity.lv

Подготовили Татьяна Фаст, Владимир Вигман,

«Открытый город»