Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
И крокодилы плачут, а все-таки по целому теленку глотают.
Александр Островский, русский драматург
Latviannews
English version

Александр Генис: «Рига — это первый русский европейский город»

Поделиться:
Александр Генис с женой Ириной в Риге. Фото: Никита Кузьмин.
У выхода из дворика в Старой Риге Генис остановился как вкопанный: «Вот тут, прямо на этом месте, мы с Петей Вайлем выпивали. Смотрите, какая красота! Может, поэтому отсюда родом столько талантов. Ведь даже выпивать надо в окружении красоты». «Саша, ты так говоришь, будто и не американец вовсе», — отозвались мы. «А я и не американец. Я рижанин! И ньюйоркец!»

Сегодня за пределами России проживают десятки миллионов людей, родной язык для которых — русский. В их памяти запечатлелись одни мультфильмы, одни книги, они вспоминают одни выпускные вечера, одних учителей, одни дворы. Но можно ли говорить о русских диаспорах в США, Израиле, Германии, Англии, Испании, Чехии, Украины, Латвии, Эстонии и других странах как о какой-то единой общности? Или разного в них больше? И сильно ли они отличаются от людей, живущих сейчас в России?

Об этом мы поговорили с гостем смарт-клуба «Trasta komercbanka» и «Открытого города» — выходцем из Риги, известным русским писателем из Нью-Йорка Александром Генисом.

Почему майор Фетисов купил магазины в Нью-Йорке

Саша, ты эмигрант со стажем. Из Риги уехал 40 лет назад и с тех пор живешь в Нью-Йорке. Скажи, между тобой и русскими эмигрантами первой волны была сильная разница?
То была совершенно другая эмиграция, они бежали из досоветской России. Те эмигранты не понимали нас, у них не было общего языка с нами. И у нас с ними его не было, конечно. У меня был коллега по работе в Новом русском слове, Абрам Соломонович Геренрот. Ему как-то сказали: «Приходите, Абрам Соломонович, вечером, посидим с мужиками». Он удивился: «А что, у вас будут крестьяне?»

И уж точно у них не было ничего общего с советской Россией. Но сейчас же все иначе: эмигранты приезжают в Россию, россияне выезжают за рубеж, есть телефон, интернет. Получается, что между эмигрантами и жителями метрополии сегодня особой разницы-то и нет…

На самом деле на нас поставили эксперимент. Взяли советских людей и разделили на два. Одна часть жила в советской России, потом в несоветской России, при Путине. А другая часть живет в западном мире. Это — мы, эмиграция. Принципиальной разницы между эмигрантами и неэмигрантами изначально не было, это были те же самые советские люди. Правильно?

Но дальше произошла очень интересная история, которая меня занимает и раздражает. Дело в том, что я каждый раз слышу одно и то же: русским свобода не нужна, русские люди не доросли до демократии. Это про́клятая страна, которая никогда не будет западной, никогда не будет свободной, никогда не будет либеральной, никогда не будет демократической. Я слышу это каждый день. От своей жены, например. И я хочу спросить, а как же быть с теми русскими, которые уехали в Америку из России?

Они уже вросли в Америку?
Не обязательно, может, они и не вросли в Америку. Но они точно способны жить при демократии и свободе. Каким же образом? Ведь это те же самые русские. Отсюда следует: утверждение, что только Россия не способна жить нормальной цивилизованной жизнью — это расизм. Чехия, например, способна, Финляндия способна, а Россия не способна? А как же русские, которые переехали на Запад?

Когда я только перебрался в Америку, там играл хоккеист Вячеслав Фетисов. Он был одним из первых, кто приехал в Америку играть в Национальной хоккейной лиге. И я слышал, как у него брали интервью американские журналисты. В то время Фетисов уже довольно бойко говорил по-английски… Его спрашивают: «А что вы делаете с деньгами?» Он говорит: «Как что?! Деньги должны работать. У меня два магазина на 5-й авеню».

И я подумал, что если майор советской армии Фетисов (а он тогда еще был майором) способен разобраться в том, что делать с деньгами, то, наверное, это все-таки не расовая проблема. И дело не в том, что русский человек в принципе не способен жить хорошо. Значит, что-то происходит с русским человеком, когда он попадает в другую среду. Вот результат этого опыта.

Самое для нас интересное в этой ситуации это то, что примерно то же произошло в странах Балтии. Взяли русских людей и поставили их в другую ситуацию. И оказалось, что русские люди, которые живут в Балтии, это не те же русские люди, что живут в России. Они изменились. Они другие. У меня много друзей-рижан, включая школьных друзей. И мы часто обсуждаем, что в нас другого. Причем учтите, что все мы — люди русской культуры, у нас у всех одинаковый набор чтения…

Так что же в нас разного?
Приведу характерный пример. Приезжают москвичи в Нью-Йорк. При первом посещении Америки что делает в Нью-Йорке русская культурная элита из Москвы? Не все конечно, но многие сидят на эмигрантской кухне и ругают русскую власть. Потом возвращаются и пишут, что в Нью-Йорке грязно и воруют.

И приезжают ко мне друзья и дети друзей из Риги. Приезжают уже с путеводителем, где заложено желтыми бумажечками, куда нужно пойти во вторник, а куда — в среду. У них куплены билеты в Мэдисон-сквер-гарден на баскетбол и в Карнеги-холл — на концерт. И это не один и не два человека. Такие все, кто приезжает из Риги! Это что, расовая проблема? Значит, что-то здесь — вне пределов России — все-таки меняется. Не было такого случая, чтобы рижане, где бы они ни жили — в Израиле, в Америке, в Германии или еще где-то, — пришли в гости без цветов.

По-моему, это значит, что сейчас проходит важнейший эксперимент именно над русским народом. Русский народ, который живет в России, и русский народ, который живет вне пределов России, становятся разными русскими этносами. И это значит, что в Балтии русские становятся европейцами. Не все и не везде, но тут все же появляется новый тип русских европейцев, которые живут в Европе. В первую очередь — в Риге. Рига же это первый русский европейский город. Так или иначе, в Риге все пользуются русским. Другого города в Европе нет, где бы все говорили по-русски.

Ну, если быть точным, то 50% рижан в повседневной жизни говорят на русском, а 43% — на латышском. Таковы данные переписи населения 2011 года.
Но ведь из тех 43% латышей все или почти все владеют русским. Найдите мне другую европейскую столицу, где бы 95% говорили на русском языке! Значит, повторю, мы имеем дело с первым русским городом в Европе. Это же жутко интересно!

Эффект «Парикмахерской» и «Frizētava»

Саша, ты свято веришь, что Россия нуждается в демократии? Но ведь опросы уже давно показывают, что россиянам и без демократии жить хорошо.
Древний Новгород был ганзейским городом. И в Новгороде была демократия. Там выбирали себе власти. В сущности, это была парламентская демократическая республика. И вот в разгар путинской истерики «крымнаших» в New York Times напечатали статью о берестяных грамотах. Там говорилось, что в 1000 году сын написал отцу записку на бересте. А в 1000 году мало кто в Европе умел читать и писать. И New York Times, как я понимаю, именно для того и поместила эту статью, чтобы показать: Россия не безнадежна, ибо все меняется. И я верю в то, что меняются законы, меняются люди.

Это у меня просветительская вера. Существуют две классические концепции народности — романтическая и просветительская. Романтики считают, что во всем виноват голос крови. Просветители считают, что во всем виноваты законы. Живя в Америке 40 лет, я встал на позицию просветителей. Потому что Америка — это страна 18-го века. Она как была рождена просветительской утопией, так и осталась ею. Американцы свято верят в то, что если поменять законы, то поменяются и люди. Правы американцы? Не знаю. Вот Буш считал, что если он в Ираке изменит законы, то получится Швейцария. Видели, что из-за этого произошло? И, тем не менее, я верю в то, что законы меняют людей. И опыт Латвии об этом говорит.

Но Латвия и в советское время была другой. Может, это отложило отпечаток и на русских, которые живут здесь?
Конечно. Мы не понимали, как Рига на нас влияла подспудным образом и косвенным путем. Но она влияла. Я даже представляю, как это происходило подсознательно. Идешь по улице и видишь с одной стороны вывеску «Парикмахерская», а с другой — «Frizētava». Значит, может быть два слова для одного понятия. А два слова — это уже демократия, это уже полемика, это уже парламент. И не зря столько людей вышло из балтийских стран. Тот же Исайя Берлин, главный знаток и критик политических теорий, — характерно, что он из Риги. Ладно, это духовная элита. И это всегда очень маленький процент людей. Но ведь и многие другие такие.

Русские здесь — за Путина они или против Путина — обладают тем опытом борьбы за свои интересы, который характерен для парламентских стран. Они прожили политической жизнью уже 25 лет в независимой Латвии. И чего они хотят? Они хотят бороться за свои интересы политическим путем. Поэтому я считаю — горячо надеюсь! — на то, что в Латвии не будет Донбасса. Ведь здесь есть политика. А когда нет политики, то начинается кровь.

Политика — способ отложить проблемы, чтобы не делать ошибок

Ты считаешь, что в Латвии во власти должно быть русское представительство?
Конечно! Обязательно! Так и сейчас оно есть. Кстати, в Израиле точно такая же история. Они очень боятся русской партии. Но русские в Израиле борются за свои специфические интересы. И это нормально! Для того она, политика, и придумана.

Но большинство латышей, которые боятся русских партий, вряд ли с тобой согласятся. И большинство русских не согласятся, ведь их партию уже 20 лет ни за какие коврижки не подпускают к правительству.

Я вот о чем. Политика не всегда и не всюду решает проблемы. Фокус в том, что политика позволяет жить и с нерешенными проблемами. И это принципиально важно. Так функционирует свободный мир. Так существует Америка. Или Израиль, который существует 60 лет в невозможной ситуации. Что они делают? Гонят зайца дальше.

Политика позволяет откладывать. Например, американская политическая система кажется самой неэффективной в мире. А почему? Потому что эффективная политика — это политика металлолома. И самая эффективная — это Уралмаш, который все живое переработает в мертвое, на металлолом. Но именно для того, чтобы не делать ошибок, чтобы тормозить жизнь, и существует американская политика, в которой конгресс не дает президенту сделать ни шагу без присмотра. Ужасно на это смотреть. Но, с другой стороны, ведь уже третий век эта система как-то существует! Самая старая действующая конституция в мире — американская. И до сих пор работает.

Но ведь жить в состоянии такого раздвоения — это своего рода шизофрения в национальном масштабе...
Нормально, все мы — шизофреники. Вот в Америке есть два типа людей — республиканцы и демократы. Между ними даже детей общих быть не может.

Ну, так уж и исключено… Американский миллиардер Дональд Трамп-младший, например, в интервью нашему журналу сказал, что отнюдь не исключено.
На холодильнике моего отца — а святее места для него не было — висела фотография Рейгана и Буша-старшего, подписанная ему, потому что отец в Америке вступил в Республиканскую партию. И это мой отец, который никогда не состоял в партии и мне запретил вступать в комсомол. А я всю жизнь голосовал за демократов. Вы представляете себе — в одной семье?! Вот это были уроки политики, как жить с нерешенными проблемами. Шли постоянные споры. Отец всегда так нервничал, а я ему говорил: «тебе вообще надо запретить право голосовать, потому что в тебе сталинизм откладывался, как стронций в костях». Но что поразительно: умер отец — и я потихоньку готовлюсь голосовать за… республиканцев, то есть, готовлюсь перейти на его позицию.

Не знаем, можно ли это назвать новой волной эмиграции из России, но еще вплоть до этого года многие россияне охотно приобретали в Латвии недвижимость и получали вид на жительство (ВНЖ) в ЕС. Однако недавно депутаты Сейма ввели ограничения на выдачу ВНЖ, опасаясь того, что русские окажутся здесь пятой колонной Путина. Как по-твоему, для этого есть основания?
Я думаю, это величайшая ошибка. Потому что для латышей нет ничего лучшего, чем приезд русских, которые бегут от Путина. И эта ошибка будет исправлена. Придет другое правительство, которое будет относиться к этому вопросу иначе. Путин — это надолго. Почему-то все считают, что это кончится через год. А почему? Потому что не может так быть дальше? Мой коллега по Радио «Свобода» Борис Парамонов даже сказал так: «Это в нас говорит коллективное бессознательное». Но я не верю в коллективное бессознательное. И Парамонову не верю. И думаю, что чем сильнее будут закручивать гайки в России, тем больше русских, знающих цену путинскому режиму, будут бежать сюда.

«Я рижанин!»

Саша, ты родился в Рязани, вырос в Риге, живешь в Нью-Йорке, пишешь на русском, мама — украинка, папа — еврей. Сам ты кем себя считаешь?
Недавно в New York Times напечатали статью про поэта Бориса Херсонского. Он — еврей из Одессы, и о себе говорит так: «Я — украинский поэт, пишущий на русском языке». А Иосиф Бродский говорил: «Я — американский гражданин, русский поэт и еврей». Но я бы про себя сказал проще: я рижанин.

Когда я приезжаю в Москву, меня всегда там спрашивают: ну что, скучаешь по родине? Я начинаю сразу тосковать от этого вопроса и нудно объяснять, что у меня есть чисто физиологическая ностальгия по природе, в которой я вырос. И это — рижская, балтийская природа. А Россия — родина моего языка. Ни больше и ни меньше. Но когда меня спрашивают, кто я, отвечаю, что человек — это то, что отпечаталось в нем. И для меня это два города, которые сделали меня тем, кто я есть. Это Рига и Нью-Йорк.

Именно Рига и Нью-Йорк, а не Латвии и США?
Да, города, а не страны. Не зря же мэры иногда бывают лучше президентов? Ведь город — это полис, Это то, что ты можешь обозреть. Страну представить себе нельзя. Я, скажем, не могу представить себе всю Америку. Я даже не представляю себе людей, которые там живут. Тот мир, который я знаю и понимаю, — это только Нью-Йорк, Новая Англия. Я достаточно в него врос за 40 лет, чтобы чувствовать себя своим.

А Рига — это то, что меня сделало мною. Тот самый пласт, на который все остальное наросло. И в первую очередь — архитектура. Мне казалось, что это естественно. Что все так живут. Потом я встретил Владимира Маканина, есть такой писатель замечательный. И он мне сказал: я вообще-то в бараке вырос, на Урале, а барачное сознание остается навсегда. А что у меня в сознании? Я на Домскую площадь ходил каждый день. В кафе «13 стульев». А если не ходил в «13 стульев», то — в «Пилс». И каждый раз я проходил сквозь архитектуру, в которой спрессовалось столько столетий! Это впечатления, которые формируют твой мозг. И ты уже не можешь иначе мыслить.

Русским нужен единый европейский телеканал

Сейчас есть идея создания единого средства массовой информации для русских, которые живут в европейских странах. Ты как к ней относишься?
У меня была такая идея 20 или 30 лет назад — создать русскую New York Times. Представляете, прилетаешь во Франкфурт и хватаешь газету International New York Times, но на русском. Я никогда не мог понять, почему нет такой русской газеты. Недавно я разговаривал об этом с одним предприимчивым человеком, который ко мне приезжал в Америку. Прошло три месяца, он позвонил мне и сказал: я теперь в Израиле живу, пора нам опять думать о всемирной русской газете.

Знаешь, лет 10 назад мы с латвийским предпринимателем Валерием Белоконем думали над таким проектом. Но ведь он требует очень больших денег. К тому же ты уверен, что русскоязычных жителей Риги, Нью-Йорка, Берлина, Тель-Авива и т.д. интересуют одни и те же проблемы?
Я считаю, что могут быть общие интересы у всех русскоязычных. Сам я читаю New York Times 40 лет. И не было случая, чтобы пропустил материал, посвященный России. Я провел бо́льшую часть жизни за границей, но все равно мне интересно, что происходит в России.

Приведу конкретный проект, который, по-моему, так и просится на ТВ. Мы с другим рижанином, Соломоном Волковым, могли бы вести из Нью-Йорка телевизионную передачу «Анекдоты третьей волны». Делиться воспоминаниями и рассказывать байки про самых знаменитых эмигрантов — от Ростроповича до Бродского, от Барышникова до Годунова. Все они — по культуре русские. Многие из них — рижане. И мы рижане. Как вы считаете, будут смотреть такую передачу русские в Латвии?
Но газета сегодня — это уже уходящая натура. Серьезный медиапроект без телевидения и интернет-ресурса нельзя представить.

Конечно! Сейчас уже не бывает просто газет. Характерно, что Ходорковский очень интересуется такими вещами. Он сейчас в Праге создает такой универсальный холдинг.
И правильно делает: будущее за просвещением.

Представь себя на секунду лидером такого проекта. С чего бы ты начал?
С себя! Я бы рассказал обо всем, чему мы научились в свободном мире. А еще я бы показывал на этом канале умные западные сериалы с русскими титрами. Например, всю эту зиму я смотрел датский сериал «Борген» о политике. Мы с женой посмотрели 40 серий — оторваться невозможно. Как было бы полезно всем русским посмотреть этот сериал. Посмотреть, что такое парламентская жизнь. Посмотреть, как политика устроена на самом деле. И это отнюдь не циничный фильм. Ведь все говорят, что политика — грязное дело, но без нее грязи больше.

А контрпропаганда на твоем канале какое бы место занимала?
Я не знаю, что такое — контрпропаганда. Правда. Я работаю на Радио «Свобода» 31 год, и никогда в жизни не знал, что такое пропаганда. Не было человека, который бы мне сказал, что делать и чего не говорить. Да и что значит «западная пропаганда»? Ведь — это свободный мир: одна газета твердит одно, другая — другое. Они же разные, они не могут говорить одно.
Что касается русского ТВ, то важно сделать именно интересный канал. Московское телевидение показывают развлекательные шоу и сплетни. А между сплетнями — про Украину. Рецепт российского телевидения — бульварщина плюс пропаганда. А советское брежневское телевидение спасали только Штирлиц и хоккей.

Но ведь можно же противостоять этому не контрпропагандой, а культурой. На Радио «Свобода» я делаю программу о культуре. Например, о Дне Блума. Каждое 16 июня отмечается День Блума, и я делаю передачу о том, как отмечают его в Америке. Какое отношение имеют Джеймс Джойс, «Улисс», День Блума к тому, что происходит на Украине? Прямое.

У меня был друг и начальник, Юрий Гендер, замечательный человек, недавно умер, к сожалению. И он мне сказал: «Все пустяки, которые ты рассказываешь, не имеют прямого отношения к политике. Но на этом фоне политические новости приобретают другое качество. Когда ты слышишь про то, как собирают грибы в Америке, а в перерыве идут новости с Украины, то ты к ним относишься совершенно иначе». Другая цена новостям, когда она окружена другим контекстом. Культурным контекстом.

Почему весь мир изучает английский вариант английского языка, а не американский? Америка — явно сверхдержава. Но 80% мира говорит на британской версии английского языка. Потому что BBC первой стала вещать по радио. И до сих пор они лучше всех делают мировое радио. Но 70-80% содержания контента BBC — это культура. Они считают, что это интегрирующий фактор. Престижный фактор. Люди, которые живут в Индии, или в Австралии, или в Пакистане, вовсе не англичане. Но когда им говорят о Шекспире, они чувствуют себя частью одной цивилизации, одной культуры. Так британцы победили Америку в таком важном вопросе, как язык.

То есть, у тебя нет сомнений в необходимости единого телевизионного канала для русских, которые живут в европейских странах?
Я считаю, что для Балтии телевидение — самое важное, что может быть, важнее армии. Особенно теперь, когда появляются всякие интернет-телевидения и так далее. И, конечно, совершенно правильно было бы создать вот такое русское телевидение, которое было бы и в Чехии, и в Германии, и в Украине, и в Эстонии, и в Латвии…

Дело осталось за малым — найти на это деньги. Вот только, по мнению нашего знакомого из дипломатических кругов, рассчитывать, что ЕС выделит средства на единый русский телеканал, — наивно...
Может быть, русское телевидение сможет существовать на паритетных условиях. Скажем, «эстонский час», «украинский час» и так далее… Это вопрос, который обсуждается. Важно, чтобы было что показывать. А если это будут «Вести с полей», то тогда его не будут смотреть.

Пушкин — евразийский поэт? Что за чепуха такая?!

И тем не менее, большая часть русскоязычных зрителей этот канал вряд ли будет смотреть. Та часть, которая убеждена, что Запад спит и видит, как завоевать Россию, и страна окружена русофобами...
Я живу в Америке, и ни разу не видал русофоба. Потому что люди, которых интересует Россия, потратили всю жизнь, чтобы выучить падежи. Родительный падеж — один чего стоит. Вот предыдущий посол Америки в России Джон Байерли, сказал мне, что когда дошло до родительного падежа, он решил бросить этот язык. А потом в Мичиганский университет приехал Бродский, и, послушав его лекции, он сам себе сказал: ну, ладно, останусь. Кстати, мы об этом говорили на русском языке. Так вот, человек, который выучил родительный падеж, уже никогда не будет ненавидеть Россию. Хотя бы потому, что он столько сил в нее вложил. Так откуда возьмутся русофобы? Чушь.

Чушь — не чушь, а в рейтингах самых враждебных стран россияне неизменно ставят на верхнюю строчку США. И «гейропа» в них оценивается все негативнее. Так может, действительно будущее России в Евразии?
Одним идиотским поступком Россия, вместо того чтобы прибавить себе Крым, вычла себя из Европы. Представьте себе, какой это удар для русских людей, которые с пушкинских времен хотели только одного: быть Европой. И были Европой. Разве Пушкин — евразийский поэт? А Толстой, Тургенев? Да и что такое — евразийский писатель? Кто когда-нибудь видел евразийца? Нет такого понятия.

Я считаю, что в понятии «русский этнос» есть понятие «русские европейцы». Это понятие существовало всегда. С Новгорода, с Киевской Руси, при Петре, при Пушкине. Оно прославило Россию в Серебряный век. Оно есть и сейчас, но только теперь русские европейцы впервые получили возможность жить европейской жизнью. Вот вы даже не догадываетесь, но в Латвии люди живут по европейским правилам, а не по российским. Подозреваю, что по российским правилам у вас не было бы партии Согласие — латвийские власти бы не допустили, будь у них свой Путин.

Вот ты говоришь о русских в Европе. В странах, соседствующих с Россией, как раз этих русских и боятся, подозревают «пятую колонну». Ты в Америке, может, этого не чувствуешь, а мы в Латвии — чувствуем. Тем временем в России говорят о вражеском окружении. Как жить дальше, дорогая редакция?
Я тут согласен с Ходорковским, что нужно просвещать народ. Теория малых дел. Ленин ненавидел малые дела. Он говорил, что это все — постепенство. Но на самом деле я себе представляю эту картину довольно ясно. Например, есть в России "Новая газета", с которой я дружу и в которой работаю уже 12 лет. Они представляют свою миссию так — отбить 6% населения, чтобы у этих 6% было представительство в парламенте. Один депутат уже менял бы дело. Один-единственный. Потому что он уже создавал бы какую-то оппозицию. Я понимаю, что она очень слабая. Но если есть оппозиция, то уже можно задавать вопрос. Если можно задавать вопрос, то на него надо ответить. Короче говоря, отбить хоть какую-то часть электората. Создать какую-то альтернативу тому, что происходит сейчас. И, в общем, это делается. «Новая» сама служит таким эрзац-парламентом.

Я не думаю, что это приведет к чему-нибудь революционному. Но, с другой стороны, кумулятивный эффект — загадочная вещь. Я ведь уехал из России в полной уверенности, что никогда не вернусь. Все мы так уезжали. Был только один человек, который сказал, что вернется в Россию без коммунистов - Солженицын.

Пророк!
Верно, в нем что-то такое было. Это был человек другого масштаба, великая личность. Но кумулятивный эффект перемен — загадочный. Так проваливается крыша. Одна снежинка разве может провалить крышу? А две? А сколько нужно снежинок?

Момент истины для меня наступил, когда я смотрел прямой репортаж с митинга, который устроил Чаушеску в поддержку своего правительства. В Бухаресте стояли люди с красными лозунгами «Да здравствует Чаушеску!» Все было как обычно. В какой-то момент стали кричать что-то плохое против Чаушеску. Это было незабываемое впечатление! Потому что на площади сгустилась ненависть тысяч людей. И Чаушеску сделал маленький шаг назад. Отступил только на один шаг. Но и этого хватило, чтобы его расстреляли через несколько недель. Недавно румыны сняли фильм о том, как его расстреливали, а перед этим — как его допрашивали. Он совершенно не понимал, как это могло произойти. Он так до конца и не понял, что произошло. И знаете, сколько было людей, которые одобряли Чаушеску, 86%? Нет, все 100%! 

Татьяна Фаст, Владимир Вигман, "Открытый город"

19-06-2015
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Роман 29.06.2015
Лжец, лжец! Ведущим СМИ это не понравится ("Philip Butler", США)
Фил Батлер (Phil Butler)


Люди постоянно спрашивают меня: «Почему ты на стороне Путина?» Ну, это вполне может объяснить такая простая функция браузера, которую называют «скриншот». Я не люблю ложь, особенно ту, из-за которой гибнут люди. Более того, я ненавижу нечестный спорт и неспортивное поведение. А Путин, он — самый лучший спортсмен среди мировых лидеров. Но большинство людей уже знают об этом.

Вот тот скриншот из новостей, о котором я веду речь. Это то, что мы видим ежедневно, если читаем новости в Америке или в Британии.

Вы заметите, что новости Google дают нескольким сотням миллионов людей только то, что заказывает Госдепартамент США, и почти ничего больше. Разве не любопытно, что издание Military Times прочно занимает первое место в моем поисковике?

Зашатавшаяся российская экономика, помешавшийся на гонке вооружений Путин — этими и другими слухами американцев кормят уже полтора года, а они даже не пожалуются, не скажут, что здесь что-то нечисто, не засомневаются. Мои коллеги и друзья читают дальше, как будто это совершенно неважно. Но это важно! Если они глотают такое, то никакой надежды на свободную Америку нет. Остальное вам известно из учебников истории.

А теперь давайте взглянем на то, что на самом деле задумал Путин, хорошо? Ну, раз мы все так напуганы и хотим узнать его следующий шаг. Около шести часов назад Путин провел заседание с постоянными членами своего Совета безопасности. Хотя новости Yahoo и остальные этого не заметили, Путин попросил министра иностранных дел Сергея Лаврова доложить о его встречах в Париже. Лавров сказал:

«В целом было небесполезно, потому что, несмотря на некоторые препирательства в ходе обсуждения, все-таки главным итогом стало подтверждение безальтернативности минских договоренностей».

В новостях, которые читают американцы, вы не найдете ничего, кроме умелой пропаганды, полностью игнорирующей многие факты. Видимо, публике просто неинтересно, что проводить модернизацию армии Россию вынудили планы расширения НАТО. Однако Associated Press возлагает вину за рейтинги популярности Путина (они составляют почти 90%!) на государственную пропаганду. Здесь к месту пословица «Чья бы корова мычала». Несогласные в России сегодня так же редки, как зубы у курицы, и все это знают. Ну, за исключением народа Соединенных Штатов. Но я подозреваю, что и он начинает понимать.

А теперь самое интересное. Наверное, многие из вас интересуются, почему альтернативные средства массовой информации, такие? как Russia Insider, The Saker и даже Sputnik с RT так часто жалуются на волну дезинформации в СМИ. Но есть одна очень важная причина, почему американцы включают дурака, когда речь идет о Путине и о многом другом. Когда у вас будет свободная минута, скопируйте и вставьте в поисковик Google подзаголовок любой важной статьи из ведущих СМИ. Результат будет весьма показателен, смотри ниже.

Google можно использовать для распространения контента по всему миру. Заметьте, как фраза из Military Times используется в восьми с лишним тысячах информационных сообщений.

Поразительно, не правда ли? А теперь представьте медийный мейнстрим второго уровня с немного другими заголовками, подзаголовками и т. д. Вставьте в поиск рыбу поменьше, но такую же важную. Приводимая ниже статья из Newsweek показывает, с какой легкостью корпоративные СМИ могут контролировать все, что вы видите и слышите в Америке. Вы правильно прочитали, я сказал «все».

Новости составляют из нескольких историй, которые распространяются по обширной сети СМИ, находящихся в собственности небольшой кучки людей.

Добавьте сюда Reuters, BBC, все то, чем владеет Руперт Мердок, и вы получите готовый рецепт управления толпой. Посмотрите, что происходит, когда статья в Sky News повторяется многократно.

Теперь все думают одинаково.

Есть вопросы? Не должно быть. Comcast, Dreamworks и весь остальной Голливуд — вашим телом и разумом владеют некие влиятельные люди, которым нужна война с Путиным и с Россией. Вы можете поспорить насчет войны, но у вас нет возможности сравнивать новости в российских СМИ с тем, что целый день и каждый день видят 99% американцев и британцев.

Путин вооружает Россию? А куда ему деваться? Что бы он был за лидер, если бы не стал этого делать, когда НАТО стоит на пороге, а американский народ превратился в бездумных зомби, находящихся под контролем торгующих оружием миллиардеров?

И это единственная история, которая вам нужна на сегодня, без дерьма.


Читать далее: http://inosmi.ru/russia/20150626/228805867.html#ixzz3eQeUzrw6
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook
Марта 21.06.2015
Грустно. Всякий раз приезжаю в Нью-Йорк, скрежеща зубами от ненависти к очередным выходкам путина. А прийдя в себя, начинаю судорожно искать возможность увеличить те шесть процентов хотя бы до восьми. Создание такого медиа для России вне России для русскоговорящих спасло бы мозги многих.
Как помочь созданию этого медиа, ведь не хватит ни моих, ни денег друзей, а есть лишь голова и руки?
Иногда мечтаю, если бы собрать деньги "наших-ваших", вежливых людей, симонян предпринимателей госдуры военных парадов, что проходят по дорогам Москвы керосин бомбардировщиков, что летят на парад над наши головами, Перечислять можно до бесконечности. Да Россия бы расцвела в полчаса. Но это невозможно.
"Постепенство" через медиа лучше всего.
Журнал
№7-8(112-113)Июль - Август 2019
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»
  • Из "Пионера" в миллионеры
  • Дидзис  Шмитс: Инвестиции в Латвию не привлечет даже Иисус Христос
  • Предприниматель из Австрии: "Не топите бизнес!"
  • Беларусь - Латвия: Соседство с удовольствием
  • Наш мозг не стареет!