Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
Ад — это место, где дурно пахнет и никто никого не любит.
Мать Тереза, католическая монахиня
Latviannews
English version

Архиепископ Збигнев Станкевич: покаяться, попросить прощения и примириться

Поделиться:
Митрополит рижский Збигнев Станкевич/LETA.
Разговор с главой Римско-католической церкви в Латвии архиепископом митрополитом рижским Збигневом Станкевичем начался на мосту. Мост был Каменным, разговор — о душе. Мы шли через Даугаву пешком с архиепископом (!) и, удивляясь про себя некоторой фантасмогоричности ситуации, обсуждали противоречия, которые раскалывают сегодняшнее общество. Прощаясь, договорились встретиться по возвращении архиепископа с конференции в Риме. И встретились.

Что общего между коммунизмом и либеральной демократией

Итак, Ваше Высокопреосвященство, что это была за конференция, кто в ней участвовал и что обсуждалось?
В конференции «Диалог. Переосмыслить Европу» приняли участие 350 человек — представители церкви, довольно много евродепутатов, были первый заместитель главы Еврокомиссии Франс Тиммерманс, председатель Европарламента Антонио Таяни, некоторые бывшие президенты. Работа шла также в группах, руководили ими послы стран ЕС при Святом Престоле. На закрытии с обстоятельной речью выступил Папа Римский.

Кто проводит такие конференции — структуры ЕС или Католическая церковь? Это мы вот к чему: кто на кого хочет повлиять?
У нас есть Комиссия епископов стран Европейского содружества, мы встречаемся два раза в год. Это такая структура, которая создана для сотрудничества со структурами Евросоюза. В Брюсселе у нас бюро. Оно следит за тем, что там происходит, чтобы иметь возможность влияния. Скажем, когда пытаются протолкнуть что-то противоречащее общему благу и ценностям, например, семейным, бюро сразу дает сигналы, и мы пытаемся через евродепутатов не позволить разрушать основы.

И как, удалось переосмыслить Европу?
Как первый шаг было хорошо встретиться и обменяться мнениями. Свое видение предложил и я. Реакция представителей Западных стран была довольно эмоциональной.

Правильно ли мы вас понимаем, что страны Восточной Европы более консервативны, и представители Запада с этим не согласны?
Да, у нас другое видение, мы не бежим быстрее паровоза.

К Латвии, по вашим наблюдениям, это тоже относится?
Я бы сказал, что все-таки у большинства наших граждан преобладает здравый смысл и традиционные ценности. Хотя, конечно, процесс либерализации у нас проходит.

И как вы к этому процессу относитесь?
В западном обществе сейчас преобладает либеральная демократия. Либеральный подход ставит во главу полную свободу человека. А демократия борется за освобождение масс из-под гнета, чтобы народ сам мог определять свою судьбу путем демократических выборов. Таким образом, получается, что либерализм борется против всякого рода тирании.

Вопрос только в том, как эта свобода понимается. В этом ключ. Скажем, христианский подход, который на библейских основах гласит: да, свобода — это величайший дар Божий для человека, потому что Бог создал человека свободным, и эта свобода является одним из аспектов богоподобия человека. Но свобода, данная Богом, имеет какие-то пределы, какие-то рамки.

Бог создал человека и дал ему природу, которая имеет свои закономерности не только физические, биологические, но и на уровне его внутренней структуры, умственной, психологической, нравственной.

Вот тут и есть определенный конфликт между христианским мировоззрением и постмодернистским подходом, который утверждает, что у каждого своя истина, объективной истины нет.
Но Христос сказал: «Я есть путь, истина и жизнь», и христиане знают, что есть объективная реальность, есть объективная истина, мы можем ее познать. Христиане тоже за свободу, потому что свобода — величайший дар человеку, но эта свобода имеет свои рамки. Бог, создавая человека и отдавая в его распоряжение райский сад, говорил: «Ты можешь употреблять в пищу фрукты со всех деревьев, только не с древа познания добра и зла, потому что тогда ты умрешь». Это повредит тебе, ты отравишься, впитаешь в себя вирус, который разрушит твою внутреннюю структуру, исказит твое мировосприятие. И в этих установках либеральной демократии есть этот вирус, который сдвигает, как я для себя сформулировал, границу добра и зла. Не человеку ее передвигать, она вписана в природу человека. Это как бросать камень над головой, который на тебя же упадет, или совать руку в огонь. Короче говоря, твоя свобода имеет рамки — это природа человека, законы, которые есть в природе и в человеке. Если ты этого не учитываешь, тогда ты действуешь на разрушение.

Когда я начал исследовать эти вопросы, то сделал для себя неожиданный вывод, что идеология коммунизма и идеология либеральной демократии имеют одни и те же основные установки. Это две стороны одной медали.

Посмотрим: и коммунизм, и либеральная демократия — это проекты модернизации, они хотят преобразовать мир революционным образом. Они разрушают то, что было: «Все, что старое, — негодно, все авторитеты, которые были, — не нужны».

Я уже говорил, что либерализм против тирании. А под тиранией подразумевается монархия, потом церковь, которая якобы закрепощает человека, его свободу, и олигархия. Можно найти другие выражения, но вот суть.

При коммунизме что было? Царь плохой, буржуи плохие, они ущемляют, их нужно ликвидировать. Церковь держит человека в темноте, ее надо ликвидировать.

Сегодня мы очень четко видим параллели, установки — освобождение человека путем преображения окружающего мира, нетерпимость к инакомыслящим.

В советское время, помните: «Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек». Но дышит вольно только тот, кто думает, как партия велит. Тогда ты свободен и все пути открыты перед тобой, можешь делать карьеру. Но стоит тебе начать думать немножко по-другому, твоя свобода кончается — ты диссидент, тебя или в психушку, или в тюрьму, или в сталинское время к стенке.

А как это в либеральной демократии сегодня? На днях где-то видел заметку, что если ты хочешь быть суперзвездой в западном обществе, то ты должен иметь определенный перечень характеристик. Ты должен выступать за гей-браки, быть веганом, радикальным феминистом, ходить в искусственных шубах и т.п. Короче говоря, ты должен думать определенным образом. Если хотя бы по одному пункту не проходишь, то ты персона нон-грата, тебя заклеймят в масс-медиа, в соцсетях, постараются разрушить, затоптать твое доброе имя, потом тебя провозгласят ретроградом и т.п. Словом, если ты в русле политкорректности, то можешь действовать, если нет, то тебя вытолкнут из основного русла развития общества и возможностей не будет.

Теперь об отношении к Богу. При коммунизме Бог — это нечто отсталое, ненужное, вредоносное, поэтому надо религию убрать из жизни общества. В либеральной демократии Бог нужен настолько, насколько он удовлетворяет твои личные желания и помогает тебе хорошо себя чувствовать, но церковь тоже должна быть на службе этой идеологии. И она должна модернизироваться и приспосабливаться к нуждам общества и нуждам современности, примерно так.

Когда начинаешь углубляться, прямо глаза открываются: новое — это хорошо забытое старое, оказывается, мы никуда не убежали. Почему у нас в течение последних 25 лет происходит разрушение традиционных устоев? Потому что оказалось, что идеология научного материализма была как вирус ВИЧ, который разрушил наш иммунитет к тем инфекциям, которые к нам приходят от либеральной демократии.

Однако там, где не было коммунизма, иммунитет тоже разрушен.
Да, там, собственно, тоже, но у них другие проблемы. Мы в первую очередь ответственны за то, что происходит в Латвии, и вызов большой.

Вы эти идеи высказывали в Риме?
Да, высказывал. Одна там дама прямо подскочила, когда я начал говорить. Но я продолжил, и в конце мне сказали, что было очень интересно слышать мою точку зрения.

Получается, единства нет и в европейском духовенстве?
На мировом уровне у нас есть единство, потому что Папа Римский дает основное направление, по которому мы следуем. Конечно, в нюансах могут быть различия, но то, что у нас в Европе есть некие трудности, которые надо преодолеть, это общепризнанно. Папа Римский в Страсбурге, выступая перед Европарламентом, сказал, что Европа стала бабушкой, утратившей свою способность к деторождению. Словом, у нас основная линия есть, а как ее разрабатывать — это уже дело техники.

Две стороны глобализации

Какие опасности для Европы в духовном плане вы можете сформулировать?
В духовном плане первая опасность для христиан — пойти на поводу у этой новой идеологии.

Собственно, она все время была. Революция в России — не что иное, как одно из проявлений идей, которые начались в эпоху Просвещения. Это своего рода метастазы тех идей.
Конечно, нельзя видеть все только в черных красках. Во времена Ренессанса человек начал осознавать тот потенциал, который заложен в него Богом, свое достоинство и призвание к тому, чтобы быть свободным. Просто, когда человек отходит от своего Создателя, он теряет способность понимать границы своей свободы, начинает злоупотреблять ею. Здесь и таится ловушка, в которую попадает демократия, заменяя истину идеологическими установками. А для того, чтобы общество могло нормально развиваться, нужны три принципа. Их основа — как раз в достоинстве человека. Это принципы — так называемый субсидиаритет, что вышестоящая организация не вмешивается в действия нижестоящей, пока та справляется со своей задачей, она не мешает каждому решать свои проблемы; потом принцип общего блага, что надо работать на всех, не только на себя; и солидарность — чувствовать взаимоответственность. Конечно, все эти три принципа связаны между собой.

Это внутренние угрозы, а внешние? Тот же воинствующий ислам?
Я считаю, что главная угроза для Европы и всей нашей цивилизации не в исламе, она — внутри нее самой. Потому что единая Европа все-таки создавалась на христианских основах, и если они утратятся, то останется пустое место.

Есть такая книга Сэмьюэля Хантингтона Clash of Civilizations («Столкновение цивилизаций»), а Збигнев Ставровски написал книгу Clash of Civilizations or Civil War («Столкновение цивилизаций или гражданская война»), из которой следует, что главная конфронтация проходит внутри самого европейского общества.

Скажите, а глобализация, на ваш взгляд, — добро или зло?
И то, и другое. Это как деньги — деньгами можно творить добро, но их можно превратить в идол, из-за которого ты идешь по трупам.
Глобализация принесла свободу перемещения, свободу обмена информацией, в масштабах Европы — евро. Все это положительные аспекты, которые облегчают во многом жизнь. Но главное — обеспечение безопасности. Впервые столько лет не было большой войны в центре Европы. Европейское сообщество создавалось с мыслью, как избежать войны в будущем, как не допустить, чтобы Франция с Германией опять начали воевать. И тут у Роберта Шумана была гениальная идея, что надо начать с угольной и сталелитейной промышленности, которые стоят у самых основ военно-промышленного комплекса. Если их объединить, то они не смогут производить продукцию друг против друга.

Но есть и негативные аспекты глобализации. Если побеждает идеология и корыстные интересы, транснациональные компании начинают навязывать свою политику менее развитым странам. Потом какие-то группы начинают навязывать всему миру свои так называемые ценности, которые по сути — антиценности, лжеценности.

Мы видим, что в глобализации присутствуют оба эти аспекта. И то, чем она обернется в конце, зависит от всех нас.

Начни с себя

От нас? А вам не приходилось слышать от людей: «А что мы можем?»
Мир вокруг нас зависит от каждого из нас. Христианский подход гласит: начни с себя. И насчет агрессии, нетерпимости — начни с себя, измени свое отношение к другим людям, внеси положительный импульс в своем окружении, и воздастся, и вернется к тебе.

Потому что христианский подход основан на вере, христианин знает, что есть Творец, Он создал мир, у него есть ответы на все вопросы и Он хочет поделиться с нами этим знанием. Но вопрос в том, обращаемся ли мы к нему и ищем ли эти ответы, или мы уже в такой самоуверенности, что знаем, в чем оно — истинное благо?

Латыши и русские в Латвии уже столько лет живут вместе, но трещина между ними не затягивается. В чем ее причина?
Тут не надо драматизировать, в повседневной жизни, в личных взаимоотношениях людей я не вижу такой проблемы. Проблема начинается на уровне некоторых СМИ и политиков.

Вот один пример. Года два назад я был на горе Синай, осуществил свою мечту. Что удивительно — где-то 90% моих попутчиков были русскоязычные. Я начал разговаривать с попутчиками: вот я из Риги, так и так. И тут одна женщина говорит: «Вы из Прибалтики? Что вы там делаете с русскими? Если бы я по Риге начала гулять и разговаривать по-русски, я не знаю, что бы со мной сделали». Я на нее посмотрел и сказал: «Госпожа, откуда вы эту пропаганду взяли? У нас мэр Риги уже третий срок русский, и у нас больше русских, чем латышей в Риге». Вот что могут сделать массмедиа. Вот какое мощное оружие — СМИ, к сожалению.

И я вижу проблему не в людях, не во взаимных отношениях, а в тех, кто паразитирует на комплексах и на страхах, которые базируются на идеологизированном отношении к истории. Нам надо вернуться к истории такой, как она была, назвать вещи своими именами, каждый должен признать свои ошибки, покаяться, попросить прощения и примириться. Примирение нужно.

А каким вы видите это покаяние?
Скажем, Папа Римский Иоанн Павел Второй, готовясь к 2000-летию христианства, от лица Церкви просил прощения за инквизицию и за прочие неблаговидные деяния.

Помню, в бытность мою семинаристом я принимал участие в школе евангелизации, где были представители из России, Польши, Словакии, Чехии и других стран. И там организовали вечер примирения. Участники от имени своих народов просили прощения у тех, кого обидели. Русские просили прощения у поляков, у латышей, чехи — за притеснения словаков. И вся обида, вся боль выходила. И некоторые плакали, потому что одни с позиции силы навязывали свое, а другие держали обиду, тайно ненавидели. А и одно, и другое — не Божье.

Поэтому нужно понемногу фурункул разрезать и выпустить этот гной.

Зародыши третьего тоталитаризма

Тут, наверно, важна роль лидера. Нам кажется, что голос духовных лидеров в Латвии слишком слаб. Это не так?
Знаете, я неоднократно называл вещи своими именами, публично перед камерой говорил однозначно, что пытаться возбудить вражду между народностями в политических целях — безнравственно и аморально. Но имеют уши, да не слышат.

Скажем, где-то в 2012 году я начал говорить об опасностях третьего тоталитаризма. Я призвал сканировать нашу реальность и выявлять зародыши третьего тоталитаризма. Через две недели публицист Виктор Авотиньш написал статью, где он просканировал, со своей точки зрения, где он видит такие зародыши. Поначалу все шарахнулись — что он придумывает, но понемногу это начало расходиться. Я об этой опасности говорю в Европе, говорю открыто.

Вы увидели такую опасность и в наших политических кругах?
В наших цивилизационных процессах. И я вижу, что эти процессы идут в сторону нетерпимости, что создается только одно правильное мнение, все остальные неправы. И что интересно, если мы говорим о свободе: оказывается, что эта область свободы все время на самом деле уменьшается, потому что объем дозволенного, согласно идеологии политкорректности, все время сужается.

Лет семь назад я начал говорить о комплексе неполноценности. Вначале тоже шарахнулись: что такое? А потом вижу — понемножку разошлось, теперь общепризнано, что есть проблема.

Словом, необходимо время, чтобы определенные идеи внедрились в общество, и я надеюсь, что это интервью тоже станет таким импульсом, что оно разойдется — как камешек в воду бросишь, и круги расходятся.

Имеющие уши да услышат

Вы знаете, мы между собой часто повторяем, что латвийским политикам очень повезло с народом. Как-то наши люди умеют погасить выплески агрессии, которые посылают в пространство некоторые политики и СМИ. Особенно это заметно, когда проходят благотворительные акции, и русские, и латыши жертвуют на детей любой национальности, не делая никакой разницы...
Я был тронут, когда был на радиопередаче «Зеленая лампа»: там русские жертвовали для латышской девочки, и не чувствовалось, что национальность имеет хоть какое-то значение. Есть в людях потенциал, и повторю, что на уровне рядовых людей я не вижу серьезной проблемы. Проблемы на уровне массмедиа и на уровне политических установок, к сожалению.

В ком вы видите опору для добрых побуждений?
Прежде всего это церковь. Все конфессии, которые у нас есть, должны говорить одним голосом, и я очень рад, что у нас хорошие взаимоотношения и сотрудничество, в основных вопросах мы едины. Это тоже дает надежду на будущее Латвии. Но слово церкви должно встретиться с ушами, которые слышат. И тут богатые люди, бизнесмены, если они будут открыты, могут очень многое сделать. В их руках рычаги, они являются собственниками медиа, они влияют на политиков, они определяют основные направления и установки. От них зависит очень многое, и это тоже их ответственность.

Ваша резиденция расположена буквально в нескольких шагах от Сейма. Скажите, есть ли у церкви возможность влиять на ваших соседей?
В свое время, когда рассматривался закон о запрете аморальной пропаганды в школах, мы, руководители конфессий, написали общее письмо. Там было 7 подписей. Письмо передали каждому депутату, призвав их голосовать «за». И хотя их потом поливали грязью наши либеральные массмедиа, но они проголосовали. Сомневаюсь, что без нашего письма проголосовали бы так.

Или когда в преамбулу к конституции вносили слова о христианских ценностях, я ходил на все конференции юристов, всюду, где только можно, и убеждал, что это ключевое. Я знаю, что архиепископ Ванагс тоже разговаривал с теми, кто создавал этот текст, по-моему, первый импульс дал архиепископ Ванагс.

«Могу даже корову подоить»

Расскажите про своих родителей.
Моя мама умерла в этом году, в возрасте 102 лет.

Она жила в Риге?
Нет, в Даугавпилсе. Отец дожил до 90 лет, в 2002 году умер. Он всю жизнь трудился, до 80 лет ездил на велосипеде — 20 км в одну, 20 км в другую сторону. Он был тружеником всю жизнь, а мама, в основном, занималась домом, детей-то было четверо. Я вырос в деревне, в Эглайне, у нас был участок земли, свое хозяйство. Много работал в детстве, все полевые работы сельскохозяйственные знаю, даже корову могу подоить, если надо.

А потом поступили в Политехнический институт...
Это был мой выбор. Родители не пытались диктовать, они дали мне полную свободу выбора профессии. Меня интересовал искусственный интеллект, роботы, кибернетика, и я пошел в этом направлении. Потом 12 лет проработал инженером — четыре года на судоремонтном заводе в Вецмилгрависе, в вычислительном центре, а потом 8 лет в «Промстройбанке», там, где был потом банк «Парекс».

А в 1990 году пошел изучать богословие и вскоре начались реформы.
Тот период был для меня очень полезен. Другой взгляд на жизнь. Помню, один из прежних премьер-министров после моей проповеди в Аглоне сказал: да, чувствуется инженерный бэкграунд.

Рождество — это наш шанс

Ваше Высокопреосвященство, близится Рождество, что бы вы хотели пожелать жителям Латвии в эти дни?
Рождество приближается и Рождество напоминает нам, что Бог близко. В этом беззащитном ребенке Бог приблизился к нам и соединился таинственным образом с каждым человеком. Бог имеет ответы на на все вопросы, что мучают нас. И Рождество напоминает, что есть возможность найти ответы, что есть решение проблем. Бог нам хочет помочь их решить и примириться друг с другом. Но Он не навязывает ответы, Он ждет нашей открытости. Одно то, что эти вопросы задаются, уже является свидетельством Его благоволения, что Он изнутри своим духом побуждает нас задавать эти вопросы. Но надо сделать следующие шаги и просить, чтобы Он помог нам преобразиться, начать с себя и потом сделать то, что от нас зависит. И тогда мир преобразится.

Латвия достаточно небольшая страна, чтобы ее можно было быстро преобразить и сделать очень привлекательной. Но надо достичь критической массы, чтобы была достаточно большая группа единомышленников, которые понимают, где проблема, и хотят ее решить совместными усилиями. Я думаю, что мы понемножку идем в этом направлении и в хорошем смысле созревает взрыв.

Рождество напоминает нам, что есть надежда, что, как сказал святой Павел, я все могу в укрепляющем меня Господе. Иисус говорит: где двое или трое собраны во имя мое, там Я среди них, или что двое или трое будут просить с верою во имя мое, и Я дам им. Мы должны объединять усилия, и если осознали что-то, поняли что-то как истину, то должны этого держаться и идти дальше.

Так что я желаю накануне Рождества открытости на присутствие Божье, которое явилось с новой силой, но очень деликатно с рождением Иисуса, и чтобы мы воспользовались этой возможностью. Это наш шанс. И каждое Рождество — это возможность сделать следующий шаг.

Татьяна Фаст, Владимир Вигман, "Открытый город" 
 

23-12-2017
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Елена 08.01.2018
Основной причиной изменения климата является НАРУШЕНИЕ неизменного нравственного Закона Творца, который я здесь публикую.http://www.nauka.bible.com.ua/religion/zakon.htm

"Вот Я сегодня ПРЕДЛОЖИЛ тебе жизнь и добро, смерть и зло.
Во свидетели пред вами призываю сегодня Небо и землю:
жизнь и смерть ПРЕДЛОЖИЛ Я тебе,
БЛАГОСЛОВЕНИЕ и ПРОКЛЯТИЕ.
ИЗБЕРИ жизнь, дабы жил ты и потомство твое", - говорит Господь
(Втор.30:15.19).

"БЛАЖЕННЫ ТЕ, которые соблюдают заповеди Его, чтобы иметь
им право на древо жизни и войти в город (небесный) воротами.
А ВНЕ - псы (язычники) и чародеи и любодеи и УБИЙЦЫ, и
идолослужители и всякий любящий и делающий неправду" (Отк.22:14).

"ПРАВДА Твоя - ПРАВДА ВЕЧНАЯ, и ЗАКОН Твой - ИСТИНА" (пс.118:142).

"НО СКОРЕЕ НЕБО И ЗЕМЛЯ ПРЕЙДУТ, НЕЖЕЛИ ОДНА ЧЕРТА ИЗ ЗАКОНА ПРОПАДЕТ", - сказал Христос. Лк.16:17. Мф.5:17-18. Поэтому Господь говорит в Библии: "ВОТ, Господь ОПУСТОШАЕТ землю и делает ее бесплодною; изменяет вид ее и рассевает живущих на ней. Земля опустошена в конец и совершенно разграблена; потому что Господь сказал слово сие. И земля ОСКВЕРНЕНА под живущими на ней; ибо они ПРЕСТУПИЛИ ЗАКОНЫ, ИЗМЕНИЛИ УСТАВ, НАРУШИЛИ ВЕЧНЫЙ (!) ЗАВЕТ. ЗА ТО ПРОКЛЯТИЕ поедает землю и несут наказание живущие на ней, ЗА ТО СОЖЖЕНЫ обитатели земли...." (Ис.24:1-6). Вот в чем основная причина бедствий на земле, а экология - это вторично.
Елена 08.01.2018
Служители церквей любят говорить о покаянии, но это должно быть основано на Законе Божьем. Люди ходят в церковь лишь для того, чтобы была видимость их веры, но Закон Божий они весь НЕ знают. А не знают потому, что их этому там не учат. Католическая церковь, начиная с 325 г. начала ИЗМЕНЯТЬ Закон Божий, а в 787 г. завершила его РАЗОРЕНИЕ. Из страха перед императорами, они посягнули
на это вопиющее беззаконие, в связи с чем в Декалоге осталось лишь 8 сокращенных заповедей, а не 10, хотя, по словам Христа, не должна пропасть "ни одна самая малая буква (иота)". Мф.5:17. В связи с этим и посылает Господь Свои, пока вразумляющие, суды. А когда начнутся гонения на исполняющих заповеди Божьи, а не папства, начнутся суды истребляющие. Так написано в Библии. С уваж.
Журнал
№10(103) Октябрь 2018
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»