Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
Только глупцы используют рот для того, чтобы говорить. Умный говорит головой, мудрый — сердцем.
Джек Ма, китайский предприниматель
Latviannews
English version

Александр Васильев: «Придется примерять хиджаб»

Поделиться:
Александр Васильев/LETA.
В Латвии историк моды Александр Васильев чувствует себя как дома. Нашу страну просто накрыло волной васильевских выставок. А во второй половине октября грядут еще два события. Можно сказать, исторических.

«Любить» c Аллой Сигаловой

Начнем с театра. В Рижском русском театре им. Михаила Чехова на 22 октября заявлена премьера спектакля «Любить», который по пьесе Виктории Токаревой «Ну и пусть» ставит знаменитая Алла Сигалова. Костюмы предложил Александр Васильев, для которого это первый опыт работы с Русской драмой. До сих пор он сотрудничал только с нашей Оперой.

— В 2000 году я создал для Риги сценографию и костюмы к балету «Щелкунчик», — с удовольствием вспоминает Васильев, — и они пользуются огромным успехом. Спектакль выдержал 16 сезонов, труппа объездила с ним кучу стран, выступала даже в Макао. Были в Голландии, в Шотландии, во Франции, — и где они это только ни танцевали! Мало того, сейчас решено спектакль восстановить, потому что костюмы за эти годы поистрепались, и по этим же моим эскизам пошьют такие же новые. Это для меня, конечно, очень большой почет. Я рад, что 16 лет назад создал бестселлер, который нравится до сих пор всем, и кто танцует в этой постановке, и кто приходит смотреть. И всегда аншлаг.

А с Аллой Сигаловой вам приходилось работать раньше?
Это моя подруга, с которой еще в 2001-м я создал две постановки. Хореографический спектакль «Грезы любви» на музыку европейского танго — в московском Театре эстрады, совместно с «Имперским балетом». И «Семь смертных грехов» — «балет с пением» на музыку легендарного Курта Вайля, в вильнюсском Литовском Национальном театре оперы и балета. Его показывали также на фестивале в Тракае. Есть как раз две вещи в творчестве Аллы Сигаловой, моей подруги, которые всегда ей верны, — любовь и грех. Может быть потому, что это очень сильные эмоции. Алла из тех творцов, с которыми мне легко работать, хотя многие считают, что у нее крайне сложный характер. Но со мной этот характер совместим, мы с ней просто душа в душу, в унисон. Возможно, потому, что я тоже люблю любовь и грех, мы понимаем друг друга.

В рижском спектакле будут винтажные костюмы 70-80-х годов. Мы одели всех в подлинные обувь, брюки клеш, парики, дубленки (так красиво!), подлинные шапки… Я этому безумно рад, для меня очень важно работать с подлинными вещами. И кто это понимает, тот меня и выбирает.

Но вы же не всегда используете для театра именно винтаж?
Не всегда. Только и футуризмом никогда не увлекался.

С кино не сотрудничаете?
Сыграл в фильме «Герой», с Димой Биланом в главной роли. У меня была роль историка моды, а у моей собачки — роль собачки. (Смеется). Словом, действие разворачивается в России в годы Гражданской войны, и я был консультантом по историческим костюмам.

Ваша огромная коллекция костюмов и аксессуаров разных эпох не только имеет музейную ценность, но еще и подсказывает вам какие-то идеи как художнику театра?
Эти цвета, ткани, отделки, аксессуары действительно очень меня вдохновляют. Все эти замечательные веера, шляпки, кошельки, брошки, флаконы духов, гребни… Все это мы сейчас представляем в Риге.

Музей моды в Риге

Именно в дни будущей театральной премьеры в двух шагах от Рижского русского театра, на улице Грециниеку, 24, откроется, наконец, ваш долгожданный рижский Музей моды?
Да! Он гораздо меньше, чем зал Музея декоративного искусства и дизайна. Расположен в двух уровнях. На одном будет наше «Фэшн-кафе» — кафе моды, очень красивое, винтажное. И на другом, в самом внизу, в помещении бывшего ночного клуба — выставочный зал. Будет и небольшой лекционный зал. Очень красивая первая выставка посвящена элегантности 1930-х. Я специально выбрал тему, близкую Риге, эстетике этого города. Готовлю проект с большой любовью, хотя там физически может поместиться только 30 манекенов, тогда как в Музее дизайна — более 80.

Я так счастлив, что нашел мецената, Наталью Музычкину, которая на свои деньги все отреставрировала и организовала. Это моя подруга детства, я ее знаю еще по Москве. Не так давно она приехала жить в Ригу. Наталье очень хотелось открыть в Риге такой музей, и вот ее мечта и мои стремления слились воедино и все получилось. Вообще люблю работать с людьми, с которыми думаешь в унисон.

Часть нового музея будет занимать постоянная экспозиция, часть — сменяемая. В постоянную вошли латышский национальный костюм, мода эпохи бидермейер (1815—1848), мода эпохи кринолинов и вальсов, курортная мода (например, Юрмала в 1920-е годы). А также «Мы из джаза» и 1970-е — эпоха хиппи. Где-то по пять экспонатов по каждой теме. Неплохо?
Место для вашего музея выбрано потрясающее, как раз напротив Дома Черноголовых!

Но и Музей дизайна — красивое место. И там у нас в следующем году также снова будет выставка. Посвященная истории детской моды 19-20-го веков.

Вы же собирались открывать свои музеи моды не только в Риге?
В Вильнюсе такой уже есть, в Риге будет. В Москве мне пока предложили только одно помещение в комплексе ВДНХ. Сейчас у меня там костюмы и платья из гардероба русских и советских кинозвезд. Очень красиво!

Планирую сделать, может быть, франчайзинг такой, передавая определенным людям право на показы вещей из моей коллекции. Она у меня очень большая, все это должно работать, а не пылиться на складе. Так что вполне логично устраивать небольшие музеи в разных местах. Скажем, в Таллине было бы хорошо. Сейчас у меня идут совершенно шикарные выставки в Лиепае и Вентспилсе, скоро открываю в Даугавпилсе. Мало того, нас пригласили в Сигулду! И в ноябре Сигулдский замок принимает «Моду 40-х и 50-х годов ХХ века». Как вам это нравится?!

Я безумно рад, что Прибалтика оказалась для меня очень хорошим рынком, где можно все это демонстрировать. Где публика хочет этой истории, хочет видеть эти платья. Потому что Прибалтика — тоже часть истории. Все равно это европейское пространство. Как ни крути, здесь шведское прошлое, датское, немецкое прошлое… Рядом — польское прошлое. Все это проявлено в архитектуре, в культуре. И людям по сердцу все, что я показываю.

В художественном музее «Рижская биржа» у вас сейчас еще и эскизы Бакста — костюмов к спектаклям знаменитых дягилевских Русских сезонов?
Сами костюмы из моей коллекции демонстрируются на выставке к 150-летию Бакста в московском Пушкинском музее. И часть сейчас в Монте-Карло. 12 оригинальных костюмов, в основном, к балетам «Голубой бог», «Шехерезада» и «Тамар», а еще «Спящая принцесса». В музеи даю свои вещи часто, для меня это очень важно. Сейчас, например, готовим выставку для Венеции. Готовлю выставку «Ислам и мода» в Брюссель, в Англию — стиль ар-деко). В Лилле открывают экспозицию, посвященную творчеству Пикассо, там будут и наши экспонаты. И в России у нас следующий проект уже в конце сентября. Выставка в Новосибирске будет посвящена миру российских поп-звезд.

Вторая жизнь вещей

Получается, что все это не просто экспонаты, в них вложены время, чувство, талант, а значит — человеческая жизнь?
Как интересно, правда? Когда-то это носили, кому-то это было нужно, кого-то согревало, приносило радость и удовольствие, — значит, человек, придумавший и создавший тот или иной «предмет», уже жил не зря. Теперь нам эти вещи снова необходимы, а значит, восстанавливая их, мы как бы даем еще одну жизнь и их творцам.

Поэтому и невозможно смотреть на эти вещи как на мертвый мир, на такой «музей-музей». А если говорить о современности — что происходит с модой сегодня?
Ну, мода делается из таких материалов, которые легко стирать, гладить… Это же, в основном, вещи в стиле Zara — массовое производство, недорогое. Но я не против. Симпатично. Высокая мода сейчас уже не существует, массовая — существует. Но мода всегда была только для богатых, для остальных — просто одежда. В том числе, из секонд-хенд, из «Хуманы». Там иногда попадаются очень стильные вещи, просто у них меньшая цена.

Года два назад вы прогнозировали исламизацию европейской моды?
А вы считаете, что Восток не заполонил континент, вы не видели эти толпы беженцев? И мода придет вместе с ними. Когда все больше женщин в мини будут атакованы «понаехавшими» то, хочешь — не хочешь, а женщинам придется надеть длинное платье.

И хиджаб?
Конечно! Со временем, когда вновь прибывшие займут руководящие посты, то просто попросят женщин их носить. И в России сейчас огромное количество эмигрантов из Средней Азии, узбеков, туркменов и таджиков, работают на черных работах, особенно в Москве. Потом они будут работать на белых. Недавно я вызвал такси, чтобы ехать из своего дома в аэропорт Шереметьево. Ко мне приехал таксист-таджик. Он спросил, где аэропорт, набрал все на навигаторе и сказал, что выбирает красную линию маршрута. Я возразил, что красная — это плохая идея, она очень загружена, надо выбирать зеленую. «Красный — красивый!» — отрезал тот. И я понимаю, что такой сервис — это тоже будущее России. Потому что россияне сегодня не идут на такие работы — такси, ремонт… А те и жен себе находят у нас, потому что в России очень много свободных женщин, а они хотят детишек, семью. Думаю, изменения в России будут огромные.

Наталия Морозова, "Открытый город"
 

08-10-2016
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Журнал
№6(111)Июнь 2019
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»
  • Виктор Болбат: "Baltic International Bank" на пути к сильному инвестиционному банку"
  • Посол Латвии в России смотрит на диалог с соседями с оптимизмом
  • Николай Травкин: "В Кремле нет гениев, но там нет и идиотов"
  • Писатель Евгений Водолазкин: "Исправить политиков могут только коты"