Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
То, что мы знаем - ограничено, а то, чего мы не знаем - бесконечно.
Апулей, древнеримский писатель, философ
Latviannews
English version

В том, что мы на расстоянии световых лет от скандинавских стран, виноваты трехзвездные «разоблачители» коррупции

Поделиться:

Бен Латковскис, Neatkarīgā

Сообщение о том, что министр финансов Арвил Ашераденс восстановил в должности генерального директора Службы госдоходов (СГД) Иеву Яунземе, отстраненную предыдущим министром Янисом Рейрсом, вызвало противоречивую реакцию общественности. Часть общества усматривает в этом востановлении нежелание правящего политического класса бороться с коррупцией, но большей части общества этот вопрос глубоко безразличен. Почему?

Есть две основные причины слабого интереса общественности к Яунземе и Рейрсу, а также к противостоянию стоящих за ними экономических групп. Во-первых, неясно, какая сторона в этой истории «хорошая», а какая «плохая». Во-вторых, это особое понимание латвийским обществом коррупции. Оба эти фактора сплелись в единый неразрывный узел. Однако попробуем его распутать.

Уже звучали публичные заявления, что в скандинавских странах, к которым, если верить премьер-министру Кришьянису Кариньшу, мы движемся гигантскими шагами, все эти лица (Яунземе и Ашераденс) давно были бы изгнаны из органов государственного управления.

Более того, им было бы запрещено даже приближаться к ним. В этом нет никаких сомнений, но Латвия далеко не скандинавская страна.

Как будто уместен вопрос: почему? Но тут-то мы и упираемся в главное препятствие. Нет ни малейшей уверенности, что существует всеобщее желание узнать, почему Латвия не скандинавская страна? Почему страна даже не собирается идти в этом направлении, несмотря на всякие рассказы? Легче и, главное, приятнее найти какую-то псевдопричину, позволяющую ничего не делать самому, ничего не менять в своем поведении или мышлении, а винить в этом кого-то другого. То есть игнорировать настоящую причину.

Конечно, есть одна неоспоримая основная причина - полувековая оккупация, но мы уже более 30 лет живем в независимой стране, где сами руководим. Можно предположить, что в первое десятилетие независимости система была слишком дезорганизована и находилась в постоянном процессе распределения и перераспределения капитала. Поэтому борьба с коррупцией не могла быть эффективной из-за несоразмерности сил. Коррупционеры были намного могущественнее. Однако с начала века о коррупции, олигархах, разворовывании государства и «темных силах» говорят без остановки. Почему же результат так плох?

Ответ прост. Случай с Рейрсом и Яунземе ясно это показывает.

Все эти двадцать с лишним лет борьба не велась с коррупцией, а коррупция использовалась как инструмент политической борьбы.

Любые, даже явные случаи коррупции считались благом, лишь бы они помогали уничтожать политических оппонентов. Если политической составляющей нет, то нет и коррупции.

Вспомним отставку министра информационных технологий или, как сказали бы сегодня, дигитализации Ины Гуделе в апреле 2008 года из-за торта на день рождения. Формально, конечно, это было нарушение - клубничный торт на день рождения за казенные деньги, но понятно, что в то время дело было раздуто до гигантских размеров только потому, что Гуделе представляла Союз «зеленых» и крестьян, а он был связан с Лембергсом. А главной задачей тогдашнего политического класса было устранение этого тяжеловеса со сцены. Все очень просто - бьем по Гуделе, подразумеваем Лембергса.

А здесь? Рейрс, Яунземе, Ашераденс. Все же свои, путешественники в направлении Северных стран. Одна - Кариньша - команда. Где олигархи? Генерал Подиньш? Какой еще Подиньш, если единственный генерал, представляющий интерес для латвийского общества, — Валдис Валтерс. Где Шлесерс, где Шкеле? Нет? Лембергса тоже нет? Тогда и говорить не о чем.

Если ни один из 3 A (Айвар Лембергс, Андрис Шкеле, Айнар Шлесерс – прим. Freecity) не замешан в деле о коррупции, кого это волнует? Может быть, если бы Ушаков и «мистер 20%», тогда это кому-то было бы интересно. Спрут СГД, картель строителей, Мартинсонс или Квадрат? Римшевич из Банка Латвии? Мимо. Истории об Инесе Камбуле или трусах Киркорова интереснее. Тем более, что речь идет не о каких-то необразованных простаках. Интеллигентные люди, с которыми можно поговорить о Кьеркегоре и Жижеке. Но коррупция без троюродной кузины Шкеле никого не интересует.

О какой борьбе с коррупцией может идти речь в стране, где самым крупным коррупционным скандалом, который полгода обсуждала специальная комиссия Сейма и о котором годами говорили основные СМИ, был так называемые «разговоры в «Ридзене», в которых персонажи с небольшим политическим влиянием, давно отлученные от реальных рычагов власти, обсуждали что-то друг с другом десять лет назад? Особо смаковалось, что звучала ненормативная лексика, используемая этими политиками в определенные моменты (или регулярно употребляемая). Тот факт, что политик использует нецензурную русскую брань, был одним из главных аргументов, почему нельзя допускать этих персонажей к власти.

Тут можно только согласиться. Люди, которые по-простецки говорят, обычно не отличаются и высокими моральными стандартами. Однако, повторюсь еще раз: внимание общественности минимум вот уже двадцать лет сфокусировано на одних и тем же людях, получивших в Латвии звание канонизированных олигархов. Есть целые издания, журналисты и коллективы журналистов, которые до сих пор готовы сосчитать количество бутербродов на тарелке олигарха во время его появления и целыми днями выяснять цену запонок на его рубашке.

Давайте будем реалистами: предложение появляется только тогда, когда есть спрос. Есть сотни и тысячи людей, которые жадно ловят каждую крупицу плохих новостей об одном из этих мифологизированных злодеев. Коррупция как таковая, если она не связана с этими известными персонажами, их не интересует. Можно сказать - никак.

Однако в бане «Таурини» шли переговоры, в которых участвовали лица, приближенные к власти. К нынешней власти, а не той, которая правила десять лет назад. Куда эти разговоры делись? Где воскресные телесюжеты на эту тему, где съемки стуков в двери, на которые никто не отвечает, и телефонных звонков, когда слышны одни гудки? Где глубокомысленные намеки - если не отвечают, значит... Сами понимаете. Мошенничество, плохие люди, коррупция.

Не следует обманывать себя, что только для избирателей Ушакова, Шлесерса или Лембергса коррупция не проблема, а я уже другой. Я за «правильных». За «светлых силы».

Ни один из тех, кто считает бутерброды у Лембергса никогда не интересовался недвижимостью, купленной женой Кариньша на улице Сколас. Пусть в инстаграме кипит Гобземс, ниже моего достоинства интересоваться этим делом.

Следы коррупции в деле о продаже банка Citadele были очевидны, но где была серия статей в журнале Ir? 29 октября 2014 года председатель правления Агентства приватизации Ансис Спридзанс и член правления Гунтис Лаускис демонстративно, можно даже сказать, в отчаянии подали в отставку, но в течение двух дней был найден новый зицпредседатель - Владимир Логинов, - который грамотно завершили продажу банка. Хоть один великий борец с «коррупцией» обмолвился?

Несмотря на то, что восприятие коррупции в Латвии мало чем отличается от восприятия восточнее Зилупе, все эти трехзвездные «разоблачители» коррупции виновны не меньше, чем три А вместе взятые. Именно эти борцы идеологического фронта коренным образом изменили представление о коррупции в обществе, ее истинном смысле. Именно благодаря им в Латвии укрепился принцип - что можно Кариньшу, Аболтине и ее мужу, то нельзя Шлесерсу и сыну его шофера. Сейчас мы все наслаждаемся плодами такого избирательного подхода. На расстоянии световых лет от стран Северной Европы с точки зрения коррупции.

Источник: Neatkarīgā

Перевод: Freecity
 
19-01-2023
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Alex 20.01.2023
который грамотно завершили
Журнал
№12(153) Декабрь 2022
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»
  • Андрис Америкс: "Кризис ускорит переход к зеленой энергии"
  • Киров Липман: "Я вкладываю в GRINDEKS  всю душу и сердце"
  • Дмитрий Орешкин : "Россия все больше зависит от "вашингтонского обкома"
  • Андрей Плахов: "Висконти знал, что фашизм не умер"