Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
Надо стараться все делать хорошо: плохо оно само получится.
Андрей Миронов, cоветский актёр
Latviannews
English version

Ирландские каникулы

Поделиться:
Елена недавно прилетела из Северной Ирландии, где в небольшом городке Марафелте полгода гостила в семье сына. Помимо присмотра за шестилетней внучкой и готовки обедов, ей удалось немного заработать денег: убирала один большой дом по соседству и, время от времени, мыла посуду в местном кафе. «Случались такие дни, что я готова была пешком идти в Латвию – так тяжело на душе становилось, -- рассказывает она. -- Просто очень хотелось домой. Я никогда не смогла бы жить там все время».

Портал Freecity.lv встретился с Еленой как раз по ее прибытии на родину. Ей 55 лет, живет в Екабпилсе, одна в двухкомнатной квартире. Постоянной работы не имеет – хорошо, если удается несколько раз в неделю подменять продавщицу в одном местном магазинчике (та часто болеет). Сын уехал «на заработки» девять лет назад – вслед за будущей женой (тоже екабпилчанка, только просторы зарубежья начала осваивать еще раньше). Домой за это время приезжал всего один раз. Зато после рождения внучки, в Северную Ирландию регулярно – раз в год, на несколько месяцев – стала отправляться бабушка.

В общем, история, каких в современной Латвии – тысячи. И все-таки, небольшой рассказ Елены о своей недавней поездке за рубеж показался нам интересным. Как, впрочем, любое повествование о жизни ТАМ латвийских гастарбайтеров.

Чтобы попасть в Марафелт, надо из Риги прилететь в Дублин, а потом около трех часов ехать на машине.

«Перелет на самолете Ryanair стоит дешевле, чем дорога от Дублина до Марафелта, -- рассказывает наша собеседница. – У сына сейчас своей машины нет – приходится нанимать водителя с авто. Если еще три года назад это «удовольствие» стоило порядка 50 фунтов, то теперь почти в два раза дороже. И я говорю не о каких-то чужих людях, а о друзьях моего Виталия.

Хотя там о дружбе в нашем привычном понимании говорить сегодня глупо – у всех встроенные счетчики денег в головах.

Молодая мамочка прибежала к подруге оставить на полчасика маленького ребенка – вместе с сыночком без разговоров оставляет 5 фунтов. Все уже привыкли к тому, что любая услуга – платная. Так и живут».

О семье сына Елена рассказывает с некоторой тяжестью на сердце – не нравится ей многое. Невестка работает уборщицей в школе на неполную ставку. Еще подрабатывает уборкой в частных домах. Сын в данный момент без работы.

«Раньше, несколько лет назад, он был хорошо устроен – трудился на стройке недалеко от Марафелта, -- продолжает екабпилчанка. – Зарабатывал прилично. А потом пошла какая-то череда неудач. Стройка закончилась и начались какие-то случайные подработки – то ремонт жилья, то развоз хлеба по магазинам. И главное, что не стабильно – поработает и уволится. А может, его увольняют – он же не говорит мне. И невестка не говорит, сколько зарабатывает. По моим наблюдениям, деньги у нее водятся лишь в день зарплаты. А потом…

Я покупала и продукты, и солярку для отопления дома, и за электричество платила… Пообещали все мои затраты возместить, как только у Виталия появится постоянная работа. Набежало более 400 фунтов. Ну, вот и я теперь со счетчиком в голове».

По словам Елены, семья ее сына снимает дом из пяти комнат за 340 фунтов в месяц. Почему так дешево? Потому что дом требует ремонта. Еще порядка двух сотен уходит зимой на отопление. Ну и плюс электричество, интернет и другая «коммуналка». Одну комнату они сдают землячке – девушка приехала в Марафелт из Даугавпилсского района недавно.

«Работы там становится все меньше, а люди из Латвии не перестают приезжать. Скоро, наверное, проедут обратно», -- делает вывод Елена. Хотя сама этому не верит: «Мои не собираются возвращаться. Хоть бы внучку на лето привезли».

Внучка Саша – отдельная боль бабушки Лены: очень плохо говорит по-русски. С двух лет ходила в ирландский садик, в пять лет пошла в местную школу. На английском щебечет бойко, а вот на русском…

«Они с ней очень мало разговаривают, -- делится своими переживаниями Елена. – Саша все больше за компьютером сидит. Вот пока я там была сразу прогресс пошел. Так-то она все понимает, а говорит плохо. Такого нет, чтобы в семье все с ней говорили по-английски, по-русски говорят, но вот девочке проще на английском изъясняться».

Еще в предыдущие приезды невестка отдала Елене уборку одного из домов, которые числились за ней. Уроженка Латгалии с энтузиазмом принялась за работу.

«Дом большой, двухэтажный, -- рассказывает она. – Хозяйка – довольно полная ирландка, лет пятидесяти. Живет с двумя дочерьми школьного возраста. Такого бардака, как они устраивают в доме, я раньше нигде не видела. На уборку уходило каждый раз, примерно, два часа. Платила мне мадам по 7 фунтов за час. Год назад, когда я уезжала, она даже расплакалась – так ей нравилась моя работа. Говорила невестке потом: «Когда уже Елена приедет, я ей даже билет оплачу». Не оплатила, конечно.

А в этот раз недовольство проявила: мол, слишком много времени у меня уходит на уборку – Валя (невестка) справляется за час. В общем, денег пожалела. Даже задолжала мне 300 фунтов – выплатила перед самым моим отъездом.

Она и раньше к спиртному была неравнодушно, но сейчас, видимо, уж слишком пристрастилась – каждый раз гору пустых бутылок я выгребала из всех ее комнат. Вот денег и не стало хватать».

Пьют там, по словам Елены, практически все – и местные, и приезжие.


Выпивает и ее сын Виталий, призналась женщина. Особенно, когда без работы сидит – говорит, что стресс снимает. А у местных снятие стресса происходит с вечера пятницы до вечера воскресенья. Ну и наши не отстают.

Работа посудомойки в кафе подвернулась Елене, как раз, благодаря квартирантке, которая снимает комнату в доме ее сына.

«Первый раз пришла – очень трудно было, -- продолжает наша героиня. – Самый пик – это два часа в середине дня, когда народ приходит туда обедать. Нет времени даже разогнуться. Перчаток не выдают, руки от моющих средств все в трещинах. Но, говорят, в некоторых кафе и моющих средств не дают.

Заведение небольшое, хозяин – Себастьян – сам все время работает: он и в зале, и за кассой, и на кухне. С десяти до четырех дня – такой режим работы кафе – он все время на ногах. Там нет такого, что открыл кафе, нанял персонал и… отдыхай. Крутится, как белка в колесе. И от работников того же отношения к работе требует.

У меня не получалось быстро мыть посуду, так он мне всегда кого-то в помощь присылал в самые пиковые моменты. Даже повар мне помогал. А еще там был молодой парень – помощник повара, наверное, практику проходил, студент. Так, когда его ко мне в помощь ставили, он подходил, пару минут грустно смотрел в раковину с грязной посудой и… уходил. Не решался…

Зато однажды, гуляя с внучкой в выходной день по городку, я вдруг услышала громкие радостные крики: «Хелен, Хелен!». Смотрю, а это наш студент с девушкой навстречу идет. Весь сияет, радуется. Честно скажу, очень тепло на душе стало – словно в чужом краю родного человека встретила».

Были и совсем противоположные чувства у Елены, во время ее пребывания в Северной Ирландии. Она даже не может толком объяснить, почему они возникали.

«Так защемит сердце, что хоть волком вой, -- продолжает собеседница портала Freecity.lv. – И не ностальгия это – я же четко осознаю, что через пару месяцев вернусь домой, билет уже куплен на самолет. Но вот что-то такое наваливается, что готова пешком в свой Екабпилс идти…


Потом, конечно, отпускает. Просто привыкла к своей неказистой жизни, в своей квартире. Тут все родное, знакомое. Мама, брат… Нет, я не смогла бы там жить все время. Это точно. И не могу понять, как живут там наши детки».

А детки, как рассказывает Елена, живут все хуже и хуже. Марафелт – небольшой городок. Его гастарбайтеры из стран Балтии и Восточной Европы облюбовали, как базовый пункт – работают все, в основном, в близлежащих городах и городках. Вот только работы все меньше становится, а поток эмигрантов не уменьшается.

«Раньше тысяча фунтов в месяц – для наших здесь были не деньги – все зарабатывали больше, -- продолжает Елена. – А сейчас это уже считается хорошо. От тех, кто давно приехал и получил довольно высокооплачиваемую работу, работодатели стараются избавиться. Ведь на их места претендуют вновь прибывшие, с гораздо более низкими запросами. А зачем, как говориться, платить больше, если результат одинаковый?».

Елена в своем ирландском кафе зарабатывала пять фунтов в час. Мало, конечно, но в екабпилсском магазинчике ее дневной доход равнялся семи латам в день. Почувствуйте, что называется разницу. Но, правда, и работа работе – рознь.

«Теоретически, у нас было право на обеденный перерыв, и мы могли пообедать за счет заведения, но часто, на это просто не хватало времени, -- говорит Елена. – Тогда причитающуюся им еду работники забирали с собой. Себастьян хорошо ко мне относился, хотя и немножко мучился из-за того, что я плохо знаю английский. Бывало, меня посылали в магазин, чтобы прикупить недостающие продукты. Тогда я его просила все написать на бумажке и там же указать название магазина, в котором это все продается.

Стоять без дела, даже минутку, было нельзя – все время надо было быть чем-то занятой. Даже, если вся посуда перемыта – иди и помогай другим.


Однажды, решила выпить кофе – стою с полной чашечкой в руке, и тут вбегает хозяин. Автоматически, моментально все вылила в раковину и принялась мыть чашку. Хотя кофейные паузы вполне допустимы. Но когда хозяин в мыле, лучше их не устраивать».

Рассказала Елена и о том, как один раз неловко преградила путь повару, который нес полный поднос посуды – все посыпалось на пол и разбилось. Латгалка расплакалась и стала предлагать Себастьяну деньги за ущерб. К ее удивлению, хозяин от денег наотрез отказался, стал успокаивать посудомойку, и даже расстроился из-за того, что она так близко приняла ситуацию к сердцу.

Сейчас Елена снова в своем родном Екабпилсе. Подменяет продавщицу в магазине (за 11 евро в день) и вполне счастлива. Удалось привезти немного денежек, чтобы без проблем заплатить за квартиру с непомерными счетами за отопление. Навезла подарков маме, брату, его жене и племянницам – после Рождества там были большие скидки. Мы спрашиваем ее -- поедет ли она снова в Марафелт? Она смотрит на крохотную фотографию внучки Сашеньки в своем портмоне и уверенно отвечает: «Конечно, поеду».

Евгений Павлов, Freecity.lv

 
07-03-2014
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать
Кира 08.11.2015
Очень интересная статья, хоть и грустная.
Жаль, рушатся целые нации.
надоела 30.08.2014
Когда вы уберете эту статью,даже комментариев нет,никому не интересна!
Я 06.07.2014
Конечно эпидемия- безработица.Как же людям жить и выжить.
Владимир 21.03.2014
не согласен по поводу фразы " где родился там и сгодился!"...Мы живем в мультикультурном обществе.К чему Латвия и стремилась собственно говоря.То ей русские мешают ,то немцы,то шведы,то коммунисты а теперь вот еще и Ирландцы.Посмотрете: ей 55 лет.и сложно в таком возрасте привыкнуть к чужбине.В СССР видимо латышам плохо жилось ,вот теперь получате независимость за которую нужно работать . Так бы жили в СССР и работали бы на своей земле.А теперь по Латвии как по пустыне идешь:толи эпидемия(нет народа на улицах) толи вымерли все...
Imanta5 12.03.2014
Да, нелегко на чужбине, что и говорить...Все рассказчики домой вернулись или собираются : владельцы кафе - уже с деньгами, таксист из Вашингтона- ждет продажи лицензии и больших бабок, из Англии парень тоже уже как турист ездит...Вот и женщина из Екабпилса вернулась на Родину. Вывод: где родился там и сгодился! А правительству надо подумать как гарантировать достойную зарплату, а то ведь люди не от хорошей жизни уезжают на чужбину. Рад, что многие возвращаются!
Журнал
№6(111)Июнь 2019
Читайте в новом номере журнала «Открытый город»