Ежедневный журнал о Латвии Freecity.lv
Лучший в мире кинозал — это мозг, и ты понимаешь это, когда читаешь хорошую книгу.
Ридли Скотт, английский кинорежиссёр и продюсер
Latviannews
English version

Латвийские банки на американских горках – 8

Поделиться:
Те самые "Восемь люксов".
Freecity.lv продолжает публикацию документального расследования Татьяны Фаст и Владимира Вигмана. Прослушка разговоров Лавентов в свое время наделала много шума. Но как оказалось, что профессионалы из КГБ не заметили спецаппаратуры в «Восьми люксах»? Начало здесь — 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ИГРЫ СПЕЦСЛУЖБ

Рай для разведки

Еще в советские времена Рига и Таллин привлекали особое внимание шпионов. Правда, по преимуществу это были кинематографические рыцари плаща и кинжала, здесь снимались фильмы с участием Вячеслава Тихонова, Леонида Броневого, Донатаса Баниониса, Ефима Копеляна, Георгия Жженова и др.

В 1990-х годах страны Балтии стали ближе, чем Швейцария, не только для финансистов. Вместо киношных мюллеров и штирлицев Эстонию, Латвию и Литву стали потихоньку обживать неприметные господа с обширными связями, непонятным бизнесом, какой-то скачущей с одного на другое речью и неизменными провалами в биографии.

На самом деле региона, привлекательнее, чем балтийский треугольник, для разведки и не придумаешь. Для одних это окно в Европу, для других – окно в Россию. Так, по мнению сбежавшего в Англию полковника КГБ Олега Гордиевского, здесь могли активно работать четыре российские спецслужбы: внешняя разведка (СВР), военная разведка (ГРУ), контрразведка (ФСБ) электронная и радиоразведка (ФАПСИ). А газета Daily Telegraph без обиняков называла страны Балтии форпостом прослушивания и опорным пунктом американского ЦРУ и британской MI6.

Да и Лавент в интервью рассказывал, что в 1988 году в США была разработана стратегия реинтеграции восточных рынков. По его словам, «чтобы усилить свое влияние в Латвии, специально для Латвии были подготовлены и после 1991 года засланы сюда более трех тысяч нелегалов, которые прошли специальную подготовку».

Попадал ли тогда «Banka Baltija» в сферу внимания людей из спецслужб? На этот вопрос можно ответить однозначно: да! Он был слишком большим, чтобы остаться незамеченным, движение по счетам в «Banka Baltija» давало бесценную информацию о десятках, сотнях тысячах людей.

Другой вопрос, повлияли ли спецслужбы на судьбу банка, а если да, то какие и в какой мере? Не желая гадать на кофейной гуще, мы решили просто сопоставить некоторые факты.

В 1991 году в «Banka Baltija» создавалась служба охраны и инкассации. Это дело было доверено бывшему полковнику КГБ Юрию Ананьеву. В КГБ он работал в отделе кадров, заместителем начальника 2-го отдела (контрразведка), в 6-м отделе (защита экономических интересов государства), а незадолго до ликвидации КГБ в 1991 году он возглавлял вновь созданный отдел по борьбе с организованной преступностью. В «Banka Baltija» Ананьев служил вплоть до краха банка, он был уволен 5 июля 1995 года.

Подбором кадров для «Banka Baltija» занимался и последний заместитель председателя КГБ Латвии по кадровым вопросам Андрис Ванагс. Кроме того, в «Banka Baltija» вместе со своим бывшим начальником, полковником Анатолием Яковлевым, работали и 10 сотрудников из 7-го отдела КГБ, занимавшегося внешней разведкой.

Можно сказать, что на то время среди коммерческих структур Латвии у «Banka Baltija» была самая высокопрофессиональная служба охраны. По словам Ананьева, ни в рижских отделениях банка, ни в районных филиалах не было зафиксировано ни одного серьезного происшествия. И это в то время, которое принято считать периодом криминального разгула в стране.

Но вот загадка: именно в то время, когда одни отставники КГБ обеспечивали охрану «Banka Baltija» – предположительно в 1992-1993 годах, – другой бывший сотрудник КГБ, майор Борис Карпичков осуществлял прослушивание разговоров Александра и Эмиля Лавентов, а также их гостей в «Восьми люксах».

Конец банка «Olimpija»

Августовский путч 1991 года поставил точку на СССР. КГБ в Латвии был ликвидирован. Карпичков отправился в «свободное плавание». Сперва майор рассказывал, что, оказавшись на улице, попробовал было найти место в компаниях своих бывших коллег, которые к тому времени уже «сели» на транзит нефти, но, не найдя поддержки, был вынужден заняться бизнесом самостоятельно. Позже он внес существенные коррективы, заявив, что с конца 1991-го по начало 1995 года возглавлял в Латвии секретную разведывательную группу Федеральной службы безопасности (ФСБ) России, и все его действия в эти годы были продиктованы профессиональными интересами.

Как бы то ни было, но начал Карпичков с оказания «информационных услуг» банку «Olimpija», который принадлежал Владимиру Лескову. Потом он создал с бывшими коллегами по КГБ фирму «Next», которая обслуживала лично президента банка «Olimpija» Льва Кремера (был убит в 2000 г.).

Однако вскоре Карпичков «взял в разработку» Кремера, и компромат на президента «Olimpija» лег на стол владельца банка Владимира Лескова. Кремера с треском сняли с президентов, выгнали из банка.

По тем временам Кремер еще легко отделался. Ведь, если верить Лескову, то его партнер увел из банка 6 млн долларов. Спустя несколько лет после этой истории мы встретились с Лесковым в московском ресторане «Какаду». Он прихлебывал из большой кружки пиво, не без удовольствия предаваясь воспоминаниям, шутил, но стоило нам задать вопрос о Кремере, как здоровенные его кулаки сжались, и он произнес тираду, единственным цензурным словом в которой было «казнокрад».

Ну а в 1995 году банк «Olimpija» развалился, Лесков, не дожидаясь, когда за ним придут «люди в серых шинелях», навострил лыжи в Москву. Карпичков же 25 марта 1996 года был арестован по подозрению в присвоении кредита в полмиллиона долларов, выделенного в 1993 году крестьянскому хозяину «Zilīte» по международной линии G-24. Готовили ему обвинение и по поводу 2,5 млн. долларов, выманенных у компании «Alda».

Так бывший майор КГБ Борис Карпичков оказался в следственном изоляторе. Здесь, совсем рядом, в здании на углу рижских улиц Стабу и Бривибас (в советские времена – улиц Энгельса и Ленина) недавно располагался КГБ Латвийской ССР, здесь был и его кабинет. Проходя это здание с игривыми портальчиками и балконами, но всегда наглухо занавешенными окнами, рижане невольно ускоряли шаг и приглушали голос.

Сделка с прокурором

Впрочем, 5 июня 1996 года его выпустили из СИЗО и отправили под домашний арест. Скорее всего, изменение меры пресечения стало результатом тайной договоренности между Карпичковым и правоохранительными органам. Во всяком случае, через два месяца после выхода из «Углового дома» у Карпичкова, по его словам, состоялась конфиденциальная беседа с генпрокурором Латвии Янисом Скрастиньшем, во время которой стороны ударили по рукам. Прокурор якобы пообещал поставить крест на уголовном деле, если Карпичков выложит документы и материалы оперативной записи, показывающие, кто был заинтересован и причастен к краху банка «Olimpija». Скрастиньш даже говорил о возможности переброски Карпичкова и его семьи в США – что-то наподобие программы защиты свидетелей.

30 августа Карпичков, по его словам, выполнил свою часть обязательств, передав Генпрокуратуре около 40 аудиокассет и примерно полторы-две тысячи листов ксерокопий документов, но его обманули.

Версия самого Скрастиньша во многом совпадает с рассказом Карпичкова. Генпрокурор утверждал, что в начале лета 1994 года (похоже, он перепутал год, и речь идет о 1996-м) ему предложили встретиться с человеком, который располагает очень важной информацией для расследования дела Александра Лавента, а также материалами, связанными с делами группировки криминального авторитета Ивана Харитонова.

Такая встреча состоялась. Уже перед ней Скрастиньш знал, что дома у Карпичкова была изъята отшифровка разговоров отца и сына Лавентов в «Восьми люксах». Однако необходимо было получить сами аудиокассеты, что позволило бы подтвердить соответствие отшифровки записям, а также идентифицировать голоса. По словам Скрастиньша, Карпичков согласился отдать кассеты, но только после того, как получит надежные гарантии. Карпичков предупредил, что без него до кассет никто не доберется. Опасаясь мести, он требовал найти для него другое место жительства, договориться с судом, чтобы в деле не упоминался его адрес.

Было решено начать переговоры с несколькими государствами о том, чтобы спрятать Карпичкова, а генпрокурор, по его словам, переговорил с премьером о возможности выделить деньги из резервного фонда в случае, если аудиокассеты действительно будут получены.

Чтобы доказать свои намерения, Карпичков передал несколько кассет с записями бесед в банке «Olimpija». По словам генпрокурора, поначалу речь шла о сумме в 100 тыс. латов. Однако уже во время следующей встречи, которая состоялась через 6 недель, Карпичков сказал, что 100 тысяч он хочет получить за информацию, «затрагивающую другие сферы», а цена аудиокассет – 3 млн. латов. На этом переговоры окончились.

Ну а 26 ноября 1996 года Карпичков при туманных обстоятельствах исчез из-под домашнего ареста и улетел во Франкфурт-на-Майне. Позже после многочисленных приключений он оказался в Англии, где в сентябре 1999 года люди из спецотдела Центральной полиции Лондона задержали его по запросу латвийской стороны.

Впрочем, Карпичкова британцы так и не выдали. В июне 2002-го Высший Королевский суд прекратил экстрадиционные преследования, ввиду несостоятельности латвийского запроса. Достаточно сказать, что, по свидетельству Карпичкова, в первоначальном запросе латвийской стороны, послужившим основанием для ареста, значилась претензия на 500 000 000 долларов. Такая вот ошибочка: 500 миллионов – вместо 500 тысяч…
Спустя многие годы мы спросили у основателя Полиции безопасности Яниса Апелиса, исчез ли Карпичков из-под домашнего ареста в результате недосмотра, или это было частью договоренности. «Об этом знают три человека», – ответил Апелис. – «Кто они?» – «Подумайте сами». Мы загнули пальцы – генпрокурор Скрастиньш, сам Апелис и Карпичков...


ОТМ «Татьяна»


Но вернемся к тем разговорам Лавентов, которые Карпичков тайно записывал в «Восьми люксах» и в охоту за которыми включилось так много могущественных людей. Значительная часть отшифровки этих разговоров с подачи бывшего генпрокурора Латвии Яниса Скрастиньша позже была предана гласности в латвийской газете Diena. Беспрецедентная эта публикация вызывает массу вопросов.

Во-первых, как могла быть произведена запись разговоров Александра Лавента, если в его окружении были высокопрофессиональные сотрудники КГБ? Могли ли они не знать, что в здании юрмальского санатория ЦК КПСС «Янтарь», переиначенного потом в «Восемь люксов», еще в советское время была встроена стационарная система, которая позволяла осуществлять оперативно-техническое мероприятие (ОТМ) «Татьяна» (так в КГБ называли прослушивание)?

Скорее всего, в здании были и приспособления для ОТМ «Сергей» – прослушивания телефонных разговоров, ОТМ «Ольга» – наблюдения внутри помещений, ОТМ «Ульяна» – съемки внутри помещений (бывший российский министр юстиции Валентин Ковалев и отставной генпрокурор России Юрий Скуратов, ставшие невольными героями скандальных «секс-фильмов» в банях, как раз и стали жертвами ОТМ «Ульяна»).

Неужели никто не знал, что в строительстве «Восьми люксов» в свое время в качестве прораба участвовал Лев Кремер, который после «развода» Владимира Лескова с Александром Лавентом взял сторону Лескова и возглавил банк «Olimpija»? Ведь Кремер рассказывал направо и налево, что во время строительства санатория «Янтарь» он едва ли не каждую неделю мотался в Москву на Старую площадь (там размещался ЦК КПСС), и вполне мог знать о том, что в «Восьми люксах» устанавливалась прослушка. Почему же бывшие сотрудники КГБ, работавшие на Александра Лавента, не предупредили своего шефа о такой возможности?

Люди сведущие дают несколько объяснений такой ситуации. По их словам, в полномочия службы охраны «Banka Baltija» входил контроль исключительно за банком, а не другими объектами. Не исключают они и другого варианта – специалисты проверяли помещения «Восьми люксов», но подслушивающей аппаратуры не обнаружили. «Жучков» могли занести с собой посетители Лавентов.

Нельзя исключать, что охрана предупреждала Александра Лавента, но тот чувствовал себя настолько уверенно, что пренебрег советами подчиненных. Однако против этой версии говорит хотя бы то, что в головном офисе «Banka Baltija» на ул. Бривибас Александр Лавент создал специальный экранированный кабинет, который был защищен от внешней прослушки. В небольшой, глухой, весьма скупо обставленной комнате не было окон.

Еще один вопрос: на кого работал Карпичков? В то время усиленно муссировалась версия, что Карпичков прослушивал Лавентов по заданию Владимира Лескова – их бывшего партнера по «Пардаугаве», ставшего заклятым врагом. Вне всякого сомнения, эта версия не лишена оснований. Однако из нее отнюдь не следует, что он выполнял исключительно задание Лескова. Ведь, если верить признаниям Карпичкова, беседы в «Восьми люксах» он записывал, будучи резидентом российской спецслужбы в Латвии.


Не исключено, впрочем, и гораздо более прозаичное объяснение: Карпичков просто хотел заработать. В разговоре с одним из авторов этих строк Александр Лавент, утверждая, что никогда не видел Карпичкова, обмолвился, что накануне ареста его пытались шантажировать записями разговоров в «Восьми люксах». Скандальные распечатки были обнаружены сотрудниками правоохранительных органов во время обыска в юрмальской резиденции Александра Лавента. Позже эти «радиопьесы» и оказались у генпрокурора Яниса Скрастиньша, который передал их для публикации газете Diena.


Ну, а пикантное многоточие в этой детективной истории ставит имя следующего за Лавентами жильца «Восьми люксов». Им стал бывший глава правительства Латвии, министр иностранных дел, а позже – юстиции – Валдис Биркавс. В конце 1990-х, когда Биркавс уже ничем не руководил, мы как-то навестили его в штаб-квартире партии «Латвияс цельш» на ул. Краму – хотели расспросить о всемирном клубе бывших президентов, в котором он принимал участие. Биркавс шутил, рассказывал разные забавные подробности из жизни великих современников. Как-то попутно мы задали вопрос о его отношениях с Лавентом. Почти невидимые за плотными линзами очков глаза экс-премьера, казалось, стали еще меньше, и разговорчивый до этого Биркавс сухо ответил, что его ничего не связывало с Лавентом...

Продолжение следует.

Татьяна Фаст, Владимир Вигман
 

08-04-2018
Поделиться:
Комментарии
Прежде чем оставить комментарий прочтите правила поведения на нашем сайте. Спасибо.
Комментировать